Злой век E

Время, где мало веры. Время, где слишком много злобы. Но как и во все времена, Время выбора. Это Калиюга, где все мы бродим в пространствах в Поисках темы, не постигая истину, Воистину бьем стены, окружив себя духами и демонами. Это Калиюга, где все мы бродим в пространствах в Поисках темы, не постигая истину, Воистину бьем стены, окружив себя духами и демонами. Злой век Калиюгазок, где снег грозой заменяет прозу По заказу той седой вечной с косой своей настоящей, Чья работа была сделана ею блестяще. Не выдер, жива я или жива, стой рожива тень Моя меня в чем-либо убеждает. Идти туда, куда вода толпы нас как удава прет Тупой топы, орет не слыша вовсе ноты, Типа утопая на вершине фиска, где с доской плоской Свечой воска, склонившись низко несколько сот лет, Не меняя ход слов, выбрав пятых из четырех углов. Как дойти до дна, если не верна ни одна Черта глухо заколоченного окна? Что за чертой той то ли дым, то ли Пар? И душа как зверь на трассе в свете Фар. Калиюга, Калиюга. Эра, где вера больше не мера. Эра, где вместо Бога химера. Дуя обратно в пещеру к истокам знаний шумерам о Времени слогангам все из полимера. О четвертой части размера мира, Где первым пали манеры, вторым формы веры, Ну а третьих Боги высшей сферы. Па-па-па-пали все те, что разрушали изнутри. Смотри, погряз в аду и ты. Масты, временные пласты. Наш век сто лет, для него секунда. Мы умираем, не поняв его, себя, Друг друга. Это Калиюга, уж слово Бога на поруках. На руках колыбель небес перетирает в прах страж в Стихах, в моих словах и прозе. Мир воспев, застыв в четвертой позе. Злой век, голова времени на плаху и палач уже Готов лишить своим замахом нас четвертой части той Эпохи, где добро догорает на последнем вздохе. Калиюга эпоха паранойи. Зло порождает зло в четвертом слое, Оставляя тени огненным дождем последняя ночь венчает Сутки вечным сном. Глазами обнаженными как раны, дабы держать в страхе, Как тираны ряды. Но им не рады гады. Меж двух миров мосты воздвигнуты и рано переходить На ты. Нахуй никому не надо! Уже не так звучат арфы небосферы и силу веры Давно уже не ставит первый как и с путь. Пути меня плот ведет и верит. Я вижу там и тут водоворот. А где же берег? Голосом было времен, голосом Бессмертных душ. Выбирая среди мертвых туш, Но я не глушь. Правит миром в пляске смерти Среди авантюр звон монет и жужжание бумажных купюр. Верни время назад, чтобы не мог оглянуться, Чтобы уснувши спокойно, я также мог проснуться, Чтобы не навалилась тяжесть каменных аркат. Калиюга злой век у земных врат. Шаманы пали в состояние богов, Перебирая заклинания волшебных слов, Снов и миражей, словно не видя, Утопая с прахом дней в серой рутине. Сидя в позе лотоса в поисках эпоса, Опуса, описания плоть природы пафоса, Небеса как раз замочат сединой волосы, Чертя на линии судьбы очередные полосы. Голосом низким, движением вязким люди тени опуская, Замыкая в связки, продолжают уповать потяги силы, Зло Калиюги не раскрыв, забрав в могилу. Там, где каждый первый вере неверный, Злобы своей полный уже безмерный, Другой ведет бой со своей судьбой. Да, вот такой он век Калиюга злой. Он уже вой, вой раненый живой в теле и Голове режет мой покой. Время стой! Вот крик к тебе, но немой, Он как хрип глухой. Скованы цепями эпохи нити событий. Любой смертный здесь просто зритель. Железный век окутал разум сном. Ты не понял? Это время, где мы живем. Это Калиюга, где все мы бродим в пространствах Поисках темы, не постигая истину, Воистину бьем стены, окружив себя духами и демонами. Это Калиюга, где все мы бродим в пространствах в Поисках темы, не постигая истину, Воистину бьем стены, окружив себя духами и-