Убийство ножом E

Елена Александровна тоже так думала, За что и поплатилась жизнью. Это было уже второе кровавое преступление за неделю. Действительно пошла серия, серия такая жёсткая, Скажем. Через пять дней ещё одно убийство: Антонина Макарова изрезана ножом. И опять оставленная на видном месте квитанция за Электричество. Пока преступнике в Ленэнерго знают только сыщики. Однако пройдёт всего неделя, и о жестоком убийце Заговорит весь Ленинград. Заговорили. Чёткий скрин у тебя с рыльником. Нет, ныне хит бери. Сектор скандирует за игривых. Чистый Арис припрыг финнов валить. Чё-то тяжесть не отлетит, видимо, Уже иммунитет. Есть ответ и воле предел. Не ругайся при детях, мы идеи на культуру конкретим. Мата нет в этом тексте, но в следующем будет, Естественно. Месту без гоп-стиснота, Писанин до небес. Рэп бездна или Менделеева смесь. И хуй кто слезет. Я напиздел, мат есть, я к ней слезью. Андер будет везде, тогда вместе поедем за друг друга Коснеть. Двенашки не взяли кадетам. Букет хулигана беспределен, набит креативом и Отмонтирован отдельно. Да ты уже отлетел, бледное тело. На годовщину закажу лизитей, будет близей своей Потери, блять. Сквозь свет фонаря дождь стекает по лезвию тени. Я иду вглубь квартала, там решают без мнения. Капюшон закрывает лицо, Stone Island горит на Рукаве. В подворотне дыхание стало громче, Чем в голове. Руки держат металл, как молитву на холодных Костяшках. Взгляд соперника рвётся, Но страх дрожит в его связках. CP Company маска скрывает глаза до конца. Фан-сектор учил: бей первым и честь до конца. Город знает ритуал кровь на плитке, Как подпись. Эти улицы молчаливы, Но слушают каждую дробь. Стадионная ярость в венах, скандирование в такт. Каждый шаг в этой схеме, словно смертный контракт. Русская водка в стакане качает огонь изнутри, Но трезвый расчёт важнее, чем любые понты. Нож в руке это точка, не запятая в истории. Эта ночь спишет имена, оставив тени во дворе. Джим Патче на патче о жизни с удачем. Выстрел по банкам или сайд-степ на удачу. Бизнес и ваче, сделись задачи. Прибавишь пизды в образе дома на матче. Сможешь тут поджиганить в сером пальто за зданием. Выпалить кого-то там для тебя не задание. Хотелось сбежать от своего наглежа. Ни капли не снижаю, дымит Шлеперша. Можно обозвать стихами то, что я когда-то делал в Соседнем падике. Кралю обводят белым пеплом. Moscow мутится, музли работают отделы. На рынке свалка legra, чёрная схема. По лестничной летишь за жизнь не залечишь. Прошла инспекционка, душно по Москворечью. Грузит товарняк, играет винил. Кого я не понял, того и прибило. В ниве на поле основа подполья играет в мили На мат мементо мори. Опоны, типы в погонах хотят забрать мой стафф. Красный отстань, сидеть на местах мы не можем. Льёт холодный дождь, тип побрил рожу. Забанчим альбом, куплю себе Porsche. Дальнул смешарик, я рну с кроша. Девочки, не носите клёши, а то как лошади. Бара на живых, отпари нож. Это как парадокс или рак кожи. В загашнике гроши, стало всё дороже. Аж бросают крош, это признаки тру вокни. Рубчинский Гоша, не Лазарев Серёжа. Отвечай «да», когда спрашивают: «Пьёшь ли?». Поровну дели этот хип-хап великий. Восемь треков это наша книга. Слушай, это nigga, или нахуй беги. Слушай, это nigga, нахуй беги, Бля.