Сказка о мертвой царевне и семи богатырях, Чт. 2

На девишник собираясь, Вот царица, наряжаясь перед зеркальцем своим, Перемолвилася с ним: "Я ль, скажи мне, всех милее, всех румяней и Белее?" Что же зеркальце в ответ? "Ты прекрасна спору нет. Но царевна всех милее, всех Румяней и белее". Как царица отпрыгнет, Да как ручку замохнет, да по зеркальцу Как хлопнет, каблучком-то как притопнет! "Ах, ты, мерзкое стекло! Это врешь ты мне назло. Как тягаться ей со мною? Я в ней дурь-то успокою. Вишь, какая подросла. И не диво, что бела: мать брюхатая сидела да На снег лишь и глядела. Но скажи, как можно ей быть во всем меня Милей? Признавайся: Всех я краше. Обойди все царство наше, хоть весь мир. Мне ровной нет. Так ли?" Зеркальце в ответ: "А царевна Все ж милее, Все ж румяней белее". Делать нечего. Она, Черной зависти полна, бросив зеркальце под Лавку, Позвала к себе Чернавку и Наказывает ей, сенной девушке своей, Весть царевну в глушь лесную и, Связав ее живую, под сосной оставить там На съедение волкам. Черт ли сладит с бабой гневной? Спорить нечего С царевной. Вот Чернавка в лес пошла и в такую даль Свела, что царевна Догадалась И до смерти испугалась и взмолилась: "Жизнь моя, В чем, скажи, виновна я? Не губи меня, девица. А как буду я царица, я пожалую тебя". Та, В душе ее любя, не убила, не связала, Отпустила и сказала: "Не кручинься, Бог с тобой". А сама пришла домой. "Что, Сказала ей царица, где красавица-девица?" "Там, В лесу, Стоит одна, Отвечает ей она. Крепко связаны ей локти. Попадется зверю в когти Меньше будет ей терпеть, Легче будет Умереть". И молва трезвонит стала: дочка царская Пропала. Тужит бедный царь по ней. Королевич Елисей, помолясь усердно Богу, Отправляется в дорогу за Красавицей-душой, за невестой молодой.