Круто, но страшно

Настолько ли богат мой внутренний мир, Если нету желающих его разделить? Вдруг я внутри стал одной из дутых величин или, Что хуже, всегда был одной из таковых. Даже после спаррингов расколоты щитки, В стыке после которых западает язык. Хочу прорваться, меня не хотят пустить. Игра, ничего личного, нету ничьей вины. Буквы с эхом пустых съёмных квартир. Не жалуюсь. Лучше так, чем с эхом войны. И мужчина обязан уметь быть один, Чеканить мяч посреди опустевшей судьбы. Ведь в итоге это то, чего я просил. Свобода это когда иллюзии негде зарыть. Верный путь от точки к точке напрямик, Там, где нет заборов, окопов и постовых. Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, ну честно, не знаю». Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, Здесь круто, но страшно». Все эти слова совсем не про добрую грусть. Они скорее про вечное серебро. Когда оно на пальце, можно признать красоту, Но на шее означает, что в финале не срослось. Люди неохотно обращаются вслух. Тестостерон орёт каждому: «Двигай своё!» Переживал, что чем-то важным не поделюсь, Но лишь сейчас понял, насколько это хорошо. На глубоком уровне себя не обмануть. Толща сомнений, стеклянный потолок. И говорит ли тот, кто совершенно мудр? Или он молча подставляет остальным плечо? Ну и ладно, пускай снова заблужусь. Этот сладкий стресс питает меня, как ток. Я просто люблю теряться в лесу. Если найду себя, станет неясно: дальше-то что? Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, Ну честно, не знаю». Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, Здесь круто, но страшно». Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, ну честно, не знаю». Показал молодым, как не надо. Потом показал им, как надо. Потом психанул, сказал правду: «Ребята, Здесь круто, но страшно».