Погоня

Во хмелю слегка лесом правил я. Не устал, пока пел за здравие. А умел я петь песни вздорные. Как любил я вас, очи черные! То плелись, то неслись, то трусили соей. И болотную слизь конь швырял мне в лицо. Только я проглочу вместе с грязью слюну, Что по горло скручу и опять затяну. Очи черные, как любил я вас! Но прикончил я то, что впрок припас. Головой тряхнул, чтоб слетела блажь. И вокруг взглянул, и присвистнул. Аж ледяной впереди не пускает стена. Кони бредут ушами, назад подают. Где просвет, где прогал? Не видать и ни рожна. Коль утыкал меня до костей, достают. Коренной ты мой, выручай же, брат! Ты куда, родной? Почему назад? Тость, как яд с ветвей, не добром пропах, Присяжной моей вот нырнул под пах. Вот же пьяный дурак! Вот же налил глаза! Ведь погибель пришла, а бежать не суметь. Из колоды моей утащили туза, да такого Туза, без которого смерть. Я ору волкам: "Побереги вас прах!" А коней пока подгоняет страх. Швирю кнутом, бью крученые и ору Притом: "Очи черные!" Храп да топот, да лязг, да лихой перепляс. Бубенцы плясовую играют с дуги. Ах вы, кони мои! Погублю же я вас. Вы носите, друзья, вы носите враги. От погони той даже хмели сяк. Мы на кряж крутой, на одних осяк. Клопья к пенам и струи в кряж лились. Отдышались, отхрипели да откашлялись. Я лошадкам забитым, что не побили, Поклонился в копыта до самой земли. Сбросил с воза манатки, повел в поводу. Спаси Бог вас, лошадки, что целым иду. Сколько кануло, сколько сгинуло. Жизнь кидала меня не докинула. Может, спел про вас неумело я, Очи черные, скатерть Белая.