По Бродвею

Разбились о камни мои миражи. Спокойно стою над пропастью во лжи. Дай мне ответ на последний вопрос: Зачем все эти песни про миллион роз? Не спасает по городу скорость от холода твоих Равнодушных необдуманных слов. Тебя не люблю. А ты точно подумал? Ведь больше не будет этих пьяных звонков. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль. Когда-нибудь вспомнишь поцелуи на шее, На кончиках пальцев нежность мою. И сердце вдруг скажет, что так не умели, Что так не умели говорить «люблю». Но растает, как дым, утро в тумане. Тебя кто-то обманет, как ты когда-то меня. И вдруг до боли захочется встретиться взглядом, Но больше не будет рядом меня. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль. Ну не любишь, окей. Иди гуляй. Иди гуляй. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль. Ну не любишь, окей. Иди гуляй по Бродвею. Я же переболею, и отпустит печаль. Не буду больше твоей преданной тенью. Растает на сердце этот лютый февраль.