Агитка E

Среди февральских дубаков только губешки тихонько Кровят. В ушлаге грубом на плацу танцую краковяк. Расчет на первый, да второй тореновый оттяг. Колеса, линзы, ветошь поголовью поросят. Капитан усатый в рыжеспиртом все грозил тюрьмой. Ночью бурый накрест красный донжуаном ляжет ноль. Белое прольется в три квартала, родится герой. Звездами помеченный вокруг тоски гнилой. Эх, увези меня к небу от суеты металлических птичек, От листьев бюрократии, троеточий и кавычек, От горячих слез, душевных грез и эрекций оградок. В аптечке что давно набор чудодейственных ядов. Пусть замедлится пульс, проветр свет и безлики Гусеницы БМП смакуют половинки чьих-то розовых и Юных тел. Этого хотел, пока ангелы-акционисты Прячутся в штаммах холер. И будто пулей мне давит изголовье черт, Тянет, словно пса застиранный воротничок. Снова слышу дрели звонкие, смертушка влечет. У нее сиськи заебись, да только жопа ни о Чем. А мне б ролик забыть ученых художничьих Полотнищ, обезд на лугу пить счастье, Только тут в ходу наличка. Может быть договорюсь, я честно почты занесу. Ах, подыграй-ка продавщица на безладовом басу. Когда еда засохнет и вода станет горька, В темноте засветятся два глаза у Колька. Прости же все обиды, извини, не уберег. Давай ляжем целоваться слово мира поперек. Просто ценить нужно любовь, а не скудный похоронный Очерк. Моя рука с твоей рукою сложится в замочек. Пули свистят своей свободе не вольны, Но орхидеи зацветут возле увядшей полыни войны.