Дети катакомб E

Именно здесь семена в мир выходят. Через тернии к звездам, через бетон свободе. Пока твари по подвалам варят, прячутся от света дети Катакомб. Словом, достают до неба. Мимо коробок разбитых площадок, Скошенных заборов, где постоянная слякоть. Мимо глухого крика фона андеграунда тянутся нити Правильного саунда. Враскачку мимо Бродвея красного кирпича осядет Паутиной в голове у слепца и не вкусить мажорам Через ленивое ухо весь смак качественного звука. Секреты кухни, как правило, характер и воля, Ингредиенты хроники реальная история. Личные моменты жизни, откровения на заднем плане Гайки как сопровождение. Привычная возня, погоня за вечером пятницы, Мокрые простыни на квадрате у развратницы. Накуренные кухни, мерзкий сквозняк подъездов. Тире в диссопорах патроны сибирского текста. Центры третьей столицы моей России-матушки. Родные стены домов, подворотни, спортплощадки, Истоптанные тропы, знакомые лица даже опасных Органов типа милиции. Здесь душа моя, в каждом месте память. Площадка А слышала первое слово "мама". Время, как песок, медленно утекает через ладони. Я смотрю на левый с правого. Для меня радостно видеть, как восходит солнце. Так же встречать свежий ветер рано утром. Спортивное одетым часов так в девять бодрость. Под подходами меряя время настрою дыхание. В голове возникают мысли на день грядущий. На повестке есть вопросы насущные. Первый самый главный: чем занять себя? Второй: надо бы бабла поднять, а то в кармане Ветра. Именно здесь семена в мир выходят. Через тернии к звездам, через бетон к свободе. Пока твари по подвалам варят, прячутся от света дети Катакомб. Словом, достают до неба. Именно здесь семена в мир выходят. Через тернии к звездам, через бетон к свободе. Пока твари по подвалам варят, прячутся от света дети Катакомб. Словом, достают до неба. Район Нефтяники, улица Горячева. Двадцать лет прожито там, но не растрачено зря. Эти кварталы прямых параллелей асфальта хранятся в Памяти полузабытыми слайдами. Красная кирпичная кладка, там дырим украдкой нычки. В электрощитовой коробки да пачки. Огурками пачкали стены, строили планы. Теперь совместные темы и, как ни странно, Кривая звука со скоростью еmc в квадрате покидает Катакомбы вскоре в цифровом формате. На репите в стерео в потрепанном айподе где-нибудь в Калининграде или в безымянном городе, На пропаленных блатах или в дорогих конторах Разрывает слабый саундом сибирский порох. А как иначе, брат? Мы не можем по-другому. Либо ты с нами в теме, либо за пределы Поля. Внемли голосу разума, друг мой, Сейнса, Тот, чей бит последним запомнят катакомбы. Отголоски эха дойдут до Севастополя. Братьям по духу с травы Архоза. Идем на свет. Прозрев, слепит нам глаза ржавое Солнце родного мегаполиса. В залог мы оставляем тени как часть себя, Без обязательств, но вернуться. В отпечатках пальцев на мониторах, В устаревших пленках запечатлевших лица. Вся хронология событий, семь лет истории. Ноль три одиннадцать. Katakomb Records. Katakomb Records. Katakomb Records. Через тернии к звездам, через бетон свободе. Максим Проташев. Прячутся от света дети катакомб. Сейнса. Именно здесь семена в мир выходят. Через тернии к звездам, через бетон к свободе. Пока твари по подвалам варят, прячутся от света дети Катакомб. Словом, достают до неба. Именно здесь семена в мир выходят. Через тернии к звездам, через бетон к свободе. Пока твари по подвалам варят, прячутся от света дети Катакомб. Словом, достают до неба. Вот оставь это, это охуенно, это охуенно было Сейчас.