Людское E

Коробы хрупкие бережно любят остатки от светского Раута. Скрываются ступья на выжженной плоти за Биркой "фирмовая мамка." Детали обманка и правда, но каждая держит уверенно Суть. Суд откровений не в моде, и как ни Старайся, а в райские гущи таких не возьмут. Все, что наревано, высохло, и каркас непригоден для Выставок. Миссия падать на дно наша истина. Диапазон от смирения до вызова. Киса зависимость в поиске корма. На безобразие смотрит икона, на ласки хибары, Где я запрокован, где каждый предмет стал осиновым Колом. Каждый предмет порождение сплин из попойки. Ангелы на ухо сладко напойте сказочку о всемирном Потопе, песенку о фашнером надгробии. Не сбережет шевелюры стим, и пальцы в подушке уже Поселим. Ностальгия пропавший мир фет приглашает ко Сну, он мне рядом с собой постелил. Трупные черви с лозницей пустой поспорят, Сойдутся во мнении. Человечишка столько раз волки кричал, Но в моменте ему не поверили. Черной мукой заполняются ноздри, беспозвоночные Швыряют версии. Льется блевотой вопрос риторический сколько еще Таких за занавесками? Господь радеет за болото слизи и оберегает мясную Мякоть. Прелести слабого пола за великодушно не Всунешь, так можно полапать. Амброзии вдоволь, сыпучего вдоволь. Стеснение отбрось, ненаглядное чадо, Но надо бы помнить и хлеб, и чакра. И всех ожидает тут вылет из чарта. Скорее из чарта. Чудес не бывает, Конечно, их тут не завозят тоннами. Депры торопятся, едут вагонами, их усердно подгонит Дымок ментоловый. В пылую жару на блюдцах продукты готовые самого Мерзкого вида. Едят только сами похожие. Да и втыкается вилка в людское повидло.