КЬЮР E

На коленке создан космос, вход только по пропускам. Среди серых стен и плесени сладость не отыскать. Режет лапоньки тревога, будто здесь японский снафф. Театральным гримом лепит некротический фасад. Это молодых забавы на прилавке акционом. В горле комом паранойя не выявленным синдромом. Рыщут волки, нужен корм, в закутках фантасмагории. Нас покой нам, но внутри то, что ничем не Обезболить. Слишком стар, слишком холоден. Чай не Франция в комнате. И глазные круги от бессонницы не замазать кремами, Лосьонами. Слишком стар, слишком холоден. Чай не тропики в городе со мной. Персонажи, выдумки в сопоре, беды с кукухой, Как суперспособности. Вы все намекали, да гори дотла. Кашляю словами от полусладкого вина с капельками Крови от тернового венка. Говорила, что любила, но только не сберегла. Губы со вкусом морозной рябины, Совершенство со взглядом рабыни. А были ли чувства, что быстро остыли к слезам Арлекино на ноги босые твои? Слишком сложный день, множество людей. Как убить их всех? Оголенный нерв примут здесь за блеф. Только жалкий смех. Из даркнета меф, из подвала смерть. Да вещая трель. Жив, но холоден, сыт, но голоден. Как же мне теперь?