Видно, что разведчик

Михаил Задорнов. Знаете, я последний раз был в своей любимой Америке В конце девяностых годов, когда меня туда еще Пускали. И вот- Приятно надо мной смеяться. Да, я понимаю. Ммм, в конце девяностых годов, а, Визу я свою тогда еще не перечеркнул в паспорте, А, на экране телевизора, и это был, Помню, в Бостоне было мое выступление. И вот интересно, я приехал когда в Бостон, А, Захожу в лифт, меня сопровождает администратор, Э, чтобы показать мне мой номер. Вечером у меня концерт. Задает дурацкий вопрос, она американка, вот это: "Как вы доехали?" Как будто ей интересно. Я говорю: "Плохо". И она зависла, потому что- Уже них ответа нет. Она говорит: "А вообще?" Че вообще? Я говорю: "Все плохо". И все, она перестала со Мной разговаривать, потому для нее это идиот приехал Какой-то. Потому что у них надо отвечать по формуле. Но меня заинтересовало другое. В лифте в гостинице Regency Hyatt было написано По-русски "Не курить". Я сразу понял, что очень много, Видимо, русских живет сейчас в гостинице и что Американцы совсем отупели и думают, Что русские не знают, что значит no smoking. Видимо, американцы думают, что русские думают, что Это не ходить в смокинге, значит. Действительно, смотрю, значит, Наши известные бизнесмены, э, крутятся внизу в фойе. И когда я выходил на концерт, собрался ехать, Ко мне подошел вдруг американец, довольно пожилой, Такой, видно, что разведчик. Вот видно. Так стригутся только в ЦРУ и в КГБ. Вот одинаково. А, и говорит на хорошем русском языке: "Вы Задорнов?" А он такой постаревший Джеймс Бонд Такой. Я говорю: "Да. Откуда вы меня знаете?" Он говорит: "Я возглавляю," он мне так и сказал С улыбкой американской, говорит: "Я возглавляю Департамент ЦРУ по изучению России." Я ему говорю: "Мне расстрел раньше бы был за Такой разговор." Он говорит: "Времена изменились", говорит он. Я его спрашиваю: "А что вы делаете в Бостоне? У вас же контора в Вашингтоне." Он мне говорит: "Мы," он так и сказал, "мы Проводим конференцию русских демократов И бизнесменов. У нас вечером закрытие, Банкет этой конференции, приходите, Будут все." Там и были все потом. Это я потом это увидел. Он, и он меня спросил: "У вас концерт?" Я говорю: "А вы чо так плохо в ЦРУ Работаете, что не знаете, есть у меня концерт или Нет?" И еще спрашивает: "Где?" Я говорю: "Я могу вас пригласить." Он пришел ко мне на концерт, сидел на первом Ряду, записывал за мной. То есть я, выступая, чувствовал себя предателем Практически. Он мне потом сказал: "Мне очень важно ваше Выступление, потому что мы," он так и признался. Представляете, что со мной было? Он говорит: "Мы по Вашим выступлениям изучаем психологию русских." Ну, ну мне правда за это расстрел полагался бы В советское время. Но он мне, мне говорит: "Давайте вечером будет Закрытие конференции в ресторане отеля, В котором вы остановились, и приходите чайку, Я вас угощаю чаем." Он как сказал чай, так чай и поставил. Даже булочки скупердяй не купил. Хорошо, официант орешки принес. Но мы с ним разговорились довольно интересно. Вот я увидел всех. Там были все наши будущие демократы, Там были все бизнесмены. Им, оказывается, за лекции каждый день платили по Пятьдесят тысяч долларов. И там самое главное, знаете, кто был? Те, кто потом внедряли в девяностые годы реформу Образования.