Дубровский, глава III: Но пора читателя познакомить

Но пора читателя познакомить с настоящим героем Нашей повести. Владимир Дубровский воспитывался в кадетском Корпусе и выпущен был корнетом в гвардию. Отец не щадил ничего для приличного его содержания, И молодой человек получал из дому более, Нежели должен был ожидать. Будучи расточителен и честолюбив, Он позволял себе роскошные прихоти, Играл в карты и входил в долги, Не заботясь о будущем и предвидя себе рано или Поздно богатую невесту мечту бедной Молодости. Однажды вечером, когда несколько офицеров Сидели у него, развалившись по диванам и куря из Его янтарей, Гриша, его камердинер, подал ему письмо, Коего надпись и печать тотчас поразили молодого Человека. Он поспешно его распечатал и прочел следующее: "Государь ты наш, Владимир Андреевич! Я, твоя старая нянька, решилась тебе доложить о Здоровье папенькином. Он очень плох, иногда заговаривается и весь день Сидит, как дитя глупое, А в животе и смерти Бог волен. Приезжай ты к нам, соколик мой ясный, Мы тебе и лошадей вышлем на Песочное. Слышно, земский суд к нам Едет отдать нас под начал Кириллу Петровичу Троекурову, потому что мы, дескать, Ихние, А мы искони ваши и отроду того не слыхивали. Ты бы мог, живя в Петербурге, доложить о том Царю-батюшке, а он бы не дал нас в обиду. Остаюсь твоя верная раба, нянька Арина Егоровна Бузырева. Посылаю мое материнское благословение Грише. Хорошо ли он тебе служит? У нас дожди идут вот уже другая неделя, Пастух Родя Помер около Миколи나 дня". Владимир Дубровский несколько раз сряду перечитал Сии довольно бестолковые строки с необыкновенным Волнением. Он лишился матери с малолетства и, почти не зная Отца своего, был привезен в Петербург на восьмом Году своего возраста. Со всем тем он романтически был к нему привязан И тем более любил семейственную жизнь, Чем менее успел насладиться ее тихими радостями. Мысль потерять отца своего тягостно терзала его Сердце, А положение бедного больного, которое угадывал он из Письма своей няни, Ужасало его. Он воображал отца, Оставленного в глухой деревне На руках глупой старухи и дворни, Угрожаемого каким-то бедствием и угасающего без Помощи в мучениях Телесных и душевных. Владимир упрекал себя в преступном небрежении. Долго не получал он от отца писем и не Подумал о нем осведомиться, полагая его в разъездах Или хозяйственных заботах. Он решился к нему ехать и даже выйти в Отставку, если болезненное состояние отца потребует Его присутствия. Товарищи, заметя его беспокойство, ушли. Владимир, оставшись один, написал просьбу об Отпуске, Закурил трубку И погрузился в глубокие размышления. В тот же день стал он хлопотать об отпуске И через три дня был уже на большой дороге.