Район не спит (feat. Тбили Тёплый, Метастазы разума) E

Под ногами асфальт, закатан бит. Уже ночь, только мой район не спит. Где дым не отпускает нас, тянет как магнит, Но для меня это самый пиздатый вид. Из Марика с любовью. От ЖД до Кирова проведи меня мимо огней, Машин, людей, квартир, мимо рутин. Туда, где не буду один, забуду грубый мотив. Ругань флирт, я один, душа по трубам летит. Мать плачет навзрыд, я в проёбах не брит. Рифмы в ритм набит, опять накуренным пить. Глупа на вид, понимаю, извини меня за невменяемое, Мама, я был не прав, я знаю. Мне хуёво и больно, нервы поломаны в коме. Кто мы? Тонем в тоне будней монотонных. Я выпил горечь до дна, тут горы горечи так. Воре чужих брак, мне это чуждо. Район мёртв, уже ночь, я в камере одиночной. Молча рождаю строчки, в них точь-в-точь я. Мой автопортрет, мой рэп не накачан, Не модно одет. Рифмы в скелет рождают новый куплет, Набит ВТП. Я помню бывших друзей и подруг, Я помню муки. Жуткая боль и гламур внутри, Смерть на пятые сутки. Уже ночь, но Морфей покинул здание. Сознание в яме, я за гранью реального. Уже ночь рассказала, кто за, кто против. Тут беспредел, мы влипли серьёзно в наркотик. Мимо заброшенных зданий, убитых неврозом и плавным Хапом, пуская белый по ноздрям. По коже дрожью, но мой район давно не мой. Тишина, в которой ты главный герой. Вы в гриме как-то, без мазы плакать. В белой палате с бонгом снова ты, Убери в очко. Мимо подъездов и бездарной жизни. Право на выстрел симптомами убийцы. В этом болоте принцип, город зависим в лицах. Мы потушили этот мир, как Винстон. Помню, как всё изменила шала. Помню, во тьме видел рай. Помню те граммы зла. Помню себя некультурным. Город, хули? Уже ночь. Дождусь, пока кто-то разбудит. Под ногами асфальт, закатан бит. Уже ночь, только мой район не спит. Где дым не отпускает нас, тянет как магнит, Но для меня это самый пиздатый вид. Под ногами асфальт, закатан бит. Уже ночь, только мой район не спит. Где дым не отпускает нас, тянет как магнит, Но для меня это самый пиздатый вид. От Кирова до центра наши на суете, Там это сто процентов. Не мне их судить, сам был таким же. Ведь тут убиты явно не лучшей жизнью. У кольцевой налево, вот тут нас принимали. Ты помнишь, перед мусорами скинул пакет шмали? Я поздно понял, что надо всё это оставить. У мамы от таких прогулок седина местами. Да, я плохой сын, и это точно. Грязью района мы там, а не порочность. Тут первый раз соврал, впервые был обманут. Омут района, там снова кого-то затянет. Как и меня тогда. Я помню три утра, три сбитых тела в пределах Квартала. По беспределу мне руки ксивы со старта. Меня тогда плотно примяли к асфальту. Я помню цену дружбы и вежливый пиздёж. Жизнь незаметно всадит в область лопатки нож. Но это в прошлом. Надо ведь смотреть прямо по старому тротуару. Ладно, право. А этот подъезд мне до боли знакомый. Сколько времени оставил я в том старом доме. Там живёт моя бывшая. Я буду тоже. Трек не о том же. О ней я продолжу позже. Все врут со своим счастьем и болью, Чтобы убить себя. Какой тебе нужен повод? Вместо довольного взгляда голод на кор. Играй в разуме бедном и пой, называя всех говном. Бурная река из желчи. Одиночество вечно. Умный человечек был, пока не вырубил чек. В глубине чей взгляд? Освети хоть мельком, а я подойду поближе. Там мысль смотрит в зеркало. И я вдыхаю смерть этих движений. И скот этой белой браты, убивающей время. Уже ночь и непонятный голос в трубке. Привет, не мешаю? Решаю. Жду тут. И да, кстати, не хочешь? Что? Я тоже возьму одну. Нет, теперь это танец в памяти, брат, Так что забудь. И каменный дух не понял, Оставшись закован в кому и горе тела тупого в Иконах. Под ногами асфальт, закатан бит. Уже ночь, только мой район не спит. Где дым не отпускает нас, тянет как магнит, Но для меня это самый пиздатый вид. Под ногами асфальт, закатан бит. Уже ночь, только мой район не спит. Где дым не отпускает нас, тянет как магнит, Но для меня это самый пиздатый вид.