У мамы

От души веселится, гуляет честной народ. Что ни тело, то Мерседесов Патриот. Концерты гремят в известных дорогих клубах. Артисты сошлись не на шутку в зарубах. В небо летят шары и брызги шампанского. Собрались любители всего американского. Улицы в огнях кружат молодых прекрасных селфи Поцелуев в порывах страстных. Барышни в юбках пляшут в пьяном угаре. Дикий смех. Праздники в ударе. Беззаботные замкнулись в своем соку, Набивая до отвала свое эго и кишку. Никто не спит, все крутят жопами и финансами. Толстые дяди сыпят налево авансами за узоры тонкие Белоснежные кружева. Эта ночь разврата вступила в свои права. А у мамы на душе боль Слезы. Опадают лепестки у черной розы. А у мамы дома сын груз двести. Вот такие вот идут с фронта вести. Все живут как жили. Всем плевать, что там за лентой. У клуба бабочки ночные ждут своих клиентов. Все в шоколаде вокруг них крутится мир. Все покупается и продается в мир во время чумы. Владельцы пароходов, заводов, всех мирских благ, Если что-то на своей карете они готовы брать Наскоком Рейхстаг. Могут повторить, но как-нибудь потом. А сейчас телочки, музычка рекой лейся XO. И тараканы разбегутся, как только будет включен Свет. И навряд ли получится кого-то прихлопнуть в Этой возне. Таким плевать на чужое горе, Они там, где их кормят. Сегодня они русские, а завтра в Израиле ищут свои Корни. Со всей России по нитке собирают на дроны Мужики, а у хозяев жизни от купюр пухнут кошельки. Ноготочки, укладочка, гейский прикид. Гуляй страна, как в последний раз, пока чья-то мать Плачет на взрыв. А у мамы на душе боль и Слезы. Опадают лепестки у черной розы. А у мамы дома сын груз двести. Вот такие вот идут с фронта вести. А у мамы на душе боль и Слезы. Опадают лепестки у Черной розы. А у мамы дома сын груз двести. Вот такие вот идут с фронта вести.