Слепой

Газеты продают, киоски, все толпятся, Все кругом летит, кружится, падает. И какие-то бутерброды, и гамбургеры, Вегетарианское даже есть, если я бы захотел, Например. О-хо-хо, оу, как все прекрасно, Замечательно и ловко получается у меня. Я беру пропускной билетик, сую его в щелочку, Он выскакивает хлоп, и зеленый огонек, Довольно большой, зажегся, как будто глаз, Как будто у меня есть глаз. Никто же не помнит, что я уже давно ослеп, Что я ничего не вижу. Ох, как ловко я иду! Ох, как х--ох, как Х-х-х-х-х-хрупко щелкаю по Ступенькам. Ох, как шелестю газетой, как будто я ее купил. Нет, мне ее дал какой-то, какой-то парень, Который мне понравился тем, что он Не смотрел в мое лицо. Только Не надо выходить на улицу. Только прошу об одном. Не надо выходить на улицу, не надо выходить на Улицу, потому что на улице совершенно не то. На улице ложь, на улице сон. Только здесь настоящее, здесь металлическое, Здесь построено, здесь думали. Здесь мой товарищ один положил несколько кубов Архитектурных замыслов. Ох, здесь как все прекрасно устроено для людей. Даже есть бронзовые фигуры меченосцев и Оруженосцев, и мечи-мечиметателей или я не знаю, Как правильно это сказать. Тех, которые спортом занимались в юности, А потом стали просто бросать мячи вверх, В воздух, в воздух, в голову прохожим. Здесь хорошо, а на улице, а на улице ложь, На улице сон. Ну, поверьте мне, я прошу вас, Поверьте мне в последний раз. Давайте спустимся в метро, проедемся, Останемся там жить, сядем. О-хо-хо-хо, а чего же стоят кожаные Сиденья вагона? Те, что еще остались на некоторых линиях мягкие, Пружинистые. Да, метро это да.