Я сдох E

Голодный взгляд пронзает насквозь. К себе прижать, но вонзать себе в душу гвозди. Холодный душ смоет грязь, всё спишем на возраст. Я сдох, назад бежать поздно. Пидор и мразь так жадно глотал воздух. Я где-то возле, где жизнь хватает за ноздри. Розовый мир мы сменим на мир под розовым. Когда не снимет доза, стихи станут прозой. Я ей назло сдох два года назад. В графе годен до меняю дату на завтра. Падает в небо взор, иду на запах. Запал плавит корпус, за так сдавят горло. Заткнись, бит на повтор. Снова жму на запись. Забота пропитана болью. Забыт и запер забор. Время швырять ненужных за борт. За год загоны станут проще, но мы за бунт. Можешь пищать, рассказывать за несчастья. Подруга на час сделала мой мир прекрасней. Как рассвет мы появимся дома под утро. Как раз нет больше повода быть ебанутым. Можешь пищать, рассказывать за несчастья. Подруга на час сделала мой мир прекрасней. Как рассвет мы появимся дома под утро. Как раз нет больше повода быть ебанутым. Двери в затылок дышат, рвану с петель вольеры. Гора бутылок и дым, горький осадок на дне. А я все выше. Я выше слое атмосферы. Из густого марева на веру тебе мой привет. Хотела, чтобы трезвым, но филки плыли продуктом на Пламя пьезы с лезвием. Я бездарь. Мой дом подъезды, высотки, Крыши. Тебе бы скинуть лишний вес, Мне бы взять с излишком. Итог три года, слышь. Удар лактем под дышло. Вопрос судьбе: зачем? Пойми, так вышло. На вираже теперь вопрос стоит ребро: Как жить? На этаже барака в гамаке спру жив. Ты как птенец из гнезда в кульминацию боли. Оттенки серого больше, чем Уолт Джеймс. Грубый кашель не значит, что болен или действительно Мертв, если ножи в душе. Можешь пищать, рассказывать за несчастья. Подруга на час сделала мой мир прекрасней. Как рассвет мы появимся дома под утро. Как раз нет больше повода быть ебанутым. Можешь пищать, рассказывать за несчастья. Подруга на час сделала мой мир прекрасней. Как рассвет мы появимся дома под утро. Как раз нет больше повода быть ебанутым.