Ой, говорила моя мама...

Апсаков. "Ой, Говорила моя мама, Ой, доктор мне не раз, Ой, что за прелесть этот Зяма, Ой, что за сын у нас! Добрый он и умница, И уже он знаменит, и вся Наша улица об Зямке Говорит. Был до Зямка тихий, мирный Гросс-интеллект, и имел он Ювелирный лучший проспект. И встретил Зяма Хасю, сказал ей: "Да" чиль "нет", и со всей своею страстью Махтердингеше. Но прошли уж долгие годы. Зяма путер стал, стал работать в синагоге. Интеллект пропал. А Моня с Маней махари, а Ицик активист. От Цили с Хаей кахари до Адике эквилибрист. Ой, что там было, я не знаю. Был большой потоп, и осталась Зямочке лишь alochan Zo. А ид везде, а ид в Батуми и Сухуми. А рот Зиха Йога идышен и шуми. Ой, при каком большом гешефте? При закупке черной нефти, помнит он, Шедвой не родила сразу в отставку. Но прошли уж долгие годы. Зяма путер стал, стал работать в гастрономе. Интеллект пропал. А Моня с Маней махари, а Ицик активист. От Цили с Хаей кахари до Адике эквилибрист. Ой, что там было, я не знаю. Был большой потоп, и осталась Зямочке лишь alochan Boop."