Ебаный февраль E

Пойдем Гулять со мной по тонкому льду. Я протянул Гоку мелочь, он завернул мне в лаваш Шаурму. Серый мартовский лёд плавился в глубокие Лужи. Поговорим на кухне под вискариком с тобою про Дружбу. Я на белом-белом снегу написал твоё имя. Я специально для этого накопил много урины. Я нёс цветы тебе и выучил наизусть целую пьесу, Но по симке опять перепутал подъезды. А на правом плече даже набил твоё имя, Прям поверх старых двух тех Марины и Иры. Ты в моих объятиях таяла, а я парил. Ступенек под ногами не было, и петляли перила. А ты не лги мне, я буду честным и Воспитанным. Займи мне денег на спирт, Я всё отдам, ты не ссы. Ведь в отношениях главное это доверие. Да я трезвый, бля, мразь, открывай дверь. Протопчу шаг, холсты теней пусты. Свет фонарей, глубокая ночь и стынет пустынный Переулок. Молчание тощее за шторами. Слэнг неразборчивый, горшок с цветочком. Путь жизни отчуждённый, дела свершённые. Нашёптывает мысли томные, моментум лишённый. Её глаза два солнца синих, что слепят и сияют, И красотой её улыбки я пленён. Дни вякие петляют, стрелки часов натянуты, Часы сухие тащат нити. Мир удивительно прекрасен, роскошен в чистом виде. Шорох олей дарит воспоминания о её походке. Десятое число, тоски бутылки, водки пьяный говор, Стопки. На следующий день глотка, Атакованная сушниками. Тут изо всех щелей райончик с косяками, Сквозняками. Под башмаками слякоть, Над головою небо звёздно. Плеер и на повторе трек Бога мило мне спосланный. Негрито снова лепит космос, год високосный, И под откос уходит прошлое, чистое простое. Снова хочу я говорить на ушко личное, Но будто бы нарочно поры займу нынче.