Рождественский романс. Евгению Рейну, с любовью

"Рождественский романс". Евгению Рейну с любовью. Плывет в тоске необъяснимой среди кирпичного Надсада ночной кораблик негасимый из Александровского сада. Ночной кораблик нелюдимый, на розу желтую Похожий, над головой своих любимых, У ног прохожих. Плывет в тоске необъяснимой пчелиный хор сомнамбул, Пьяниц. В ночной столице фотоснимок печально Сделал иностранец. И выезжает на Ордынку такси с больными Седоками, и мертвецы стоят в обнимку С особняками. Плывет в тоске необъяснимой певец печальный по Столице. Стоит у лавки керосинной печальный Дворник круглолицый. Спешит по улице невзрачной любовник старый и Красивый. Полночный поезд новобрачный плывет в тоске Необъяснимой. Плывет в тоске замоскворецкой пловец в Несчастие случайный. Блуждает выговор еврейский на желтой лестнице Печальной. И от любви до невеселья под Новый Год, под воскресенье, плывет красотка Записная, своей тоски не объясняя. Плывет в глазах холодный вечер, Дрожат снежинки на вагоне. Морозный ветер, бледный ветер обтянет красные Ладони. И льется мед огней вечерних, И пахнет сладкою халвою. Ночной пирог несет сочельник над Головою. Твой Новый год по темно-синей волне средь Шума городского плывет в тоске необъяснимой, Как будто жизнь начнется снова, Как будто будут свет и слава, удачный день и Вдоволь хлеба, как будто жизнь качнется Вправо, качнувшись влево.