Душевный стриптиз E

Душевный стриптиз — это последней моды писк, И лучше больше пить вина и не смотреть с балкона вниз. Душевный стриптиз — это экстаз и не каприз, И вся Россия — мой Парис, и Монпарнас, и Новалис. Закрывай глаза. Гости не пришли. И начинаю репортаж С петлёй на шее. Пожелтели лепестки, Засвистел вдруг ветерок. Это ударный беспилотник — Его предсмертный монолог. Ну, здравствуй, жизнь! И податься есть куда: Вэбкам, айти, Экстрорт, ТГК. И беда нам не беда На французский манер. Мой отец — Годар, Моя мать — Симона Вейль. Душевный стриптиз — это последней моды писк, И лучше больше пить вина и не смотреть с балкона вниз. Душевный стриптиз — это экстаз и не каприз, И вся Россия — мой Парис, и Монпарнас, и Новалис. И теряется тропинка, И мутнеет узор, И Верленовский сонет, И блатной музон. Я сижу и курю На белорусском вокзале. А привокзальный Генсбур Стреляет у меня лаве. Он урод, а она Не чета лимите. Она — Любовь Полищук И Мишель Мерсье. Когда видишь её — Никаких левых тем. Мой отец — Егор Летов, Моя мать — Вифлеем. Душевный стриптиз — это последней моды писк, И лучше больше пить вина и не смотреть с балкона вниз. Душевный стриптиз — это экстаз и не каприз, И вся Россия — мой Парис, и Монпарнас, и Новалис. Прогрузило, заценил, вспомнил, вспомнил этот день, вспомнил жетончик цоевский. Прослезился, встал, подошёл к окну, закурил, плакал. Думал. Долго плакал, долго думал. Долго плакал, долго думал. Душевный стриптиз — это последней моды писк, И лучше больше пить вина и не смотреть с балкона вниз. Душевный стриптиз — это экстаз и не каприз, И вся Россия — мой Парис, и Монпарнас, и Новалис.