По всей Одессе шухер и облава...

По всей Одессе шухер и облава. Какая смута, с чем идет борьба? Всех проверяют слева и направо, А по ночам опять стоит стрельба. Что там за шум в порту и на вокзале? Опять япончик, вот бы был скандал. Вы что, с тех пор, как Мишку расстреляли, Никто ж ничего в Одессе не видал. Вновь стало одесситам не до смеха, И шум как десять баллов за кормой. Большой начальник, говорят, приехал. Двали Варвера сбоку, боже мой! Идет стрельба, хоть никому не слышно. Цветет сирень, и можно слушать джаз. Но там и здесь, чтоб вдруг чего не вышло, Все шутят так, как будто не для вас. Недавно слух прошел по всей Одессе, Что всем известный жулик и бандит, Одесский юмор был убит на месте. Другие говорили, что сидит. Он жил везде, шутил, не зная меры, Гулял, где хочет, вдоль веселых фраз. Но шел вразрез, и кто-то принял меры, Чтоб он ходил, как все, и мимо нас. А жизнь идет, как деньги из кармана, И не чтоб ей идти наоборот. Ты слышал, говорят, у ресторана вчера был взят с Поличным анекдот. Ой, нелегко ж поймать рецидивиста, Хоть он всегда без промаха стрелял. На этот раз он сделал только выстрел и был Убит два раза наповал. Эй, вы, у вас там что, заело в ухе? Давите тише на мои бока. Какой тут смех? Здесь тесно даже дюку. Когда б он мог, то б спел наверняка. Гниют шаланды на причале, На море кончилась кефаль. С пивных биндюжники пропали, Каштан над городом опал. Завидя судно с новым грузом, Бледнеют грузчики в порту И шлют приветствия французам. Аж так, что слышно за версту. Рыбачка Соня на Привозе, Качая зад, как тот баркас, Весь день потеет в жуткой позе, Имея наглость между фраз. А Костя ходит по бульвару И сам себя не узнает. Пропил и голос, и гитару, И песен больше не поет.