Хриплый хасл

Хриплый голос, глотка – гравий, гангренозный глот Грязный градус – граммы правды, граммофонный рот Город гробит, горе греет, голод — главный код Где гранитный двор, граффити, гниль и голый лёд Улицы – уловки, утренний утиль Ущербный уют, утечка сути в суете судей Сутки ссут на судьбы, судороги судорог Сутенёрский цирк, сумерки суицидных дорог Я рву ритм, рифмами рытвины, ржавые рты Режу рэп, рейды ревности, редкие мосты Рваный разум, разом разнесённый разговор Ракурс – раны, радаром – разломанный двор Грязный слэм – это хлам и храм Хриплый хасл, хламидийный хард в висках Пыльный скрэтч, злой сэмпл – мой шарм Я в подземке, где каждый куплет – удар Грязный слэм – это клык и шрам Каждый слог – как шипящий шрам на стеклах арок Плотный текст, тесный тембр, тихий гам Если слышишь, как я дышу – значит ты в кварталах Бит бьёт, будто бритвы биты в брусчатку бровей Бедлам в башке, бетонный бой биений – бей Бесы блеют, блеклый берег, беспредел и блэйм Блок бледнеет, брызжет белым, будто блюет день Кодекс – корка крови, крохи кода, кроссфайр Каждый куплет – конденсат каустики, карбоновый карма-фаер Камни в карманах, карлик, карманный кайдзен Карта квартала – кляксы, кланы, крайний прайд, дзен Слова сворачивают связки, сводят свинцом Сырые свисты свалены в свёртки, свиваются свинтом Сыплю слоги, словно соль в ссадины сна Сквозь слой смога слышен стон старых стен – весна Грязный слэм – это хлам и храм Хриплый хасл, хламидийный хард в висках Пыльный скрэтч, злой сэмпл – мой шарм Я в подземке, где каждый куплет – удар Грязный слэм – это клык и шрам Каждый слог – как шипящий шрам на стеклах арок Плотный текст, тесный тембр, тихий гам Если слышишь, как я дышу – значит ты в кварталах