Хрущёвка

Она танцует Самбу вокруг него 365 дней в году. Она для него лянга, подкидывай, пинай - С ним каждый вечер - «День сурка» в аду. Но не давай ей повод, с*ка не давай ей повод, что всё может быть лучше, чем так. На выцветшем диване зажми ей рот покрепче, чтобы быть с ней в такт. Ночь...за картонной стеной спит дочь. У соседей по «клетке» фиеста, В этом мире ей нет места. Ночь...за окном фонари дрожат, Он вдыхает её, он рад обесточить её снова, снова. Босанова в «хрущевке» по осколкам надежды. Он берет её молча, не снимая одежду. Босанова в «хрущевке», happy end неизбежен. Он берет её грубо, не снимая одежду. Во снах она бросает в воды Сакраменто женильное кольцо. И надрывает жилы на четырёх работах, Чтобы свести бюджет с концом. Но не давай ей повод - думать, что всё может быть иначе, Чем так, как есть сейчас. На стоптанном паркете вдребезги мечты, продавленный матрас. Ночь...за картонной стеной спит дочь. У соседей по «клетке» фиеста, В этом мире ей точно нет места. Ночь...за окном фонари дрожат, Он вдыхает её, он рад обесточить её снова, снова. Босанова в «хрущевке», по осколкам надежды. Он берет её молча, не снимая одежду. Босанова в «хрущевке», happy end неизбежен. Он берет её грубо, не снимая одежду. Ночь...за картонной стеной спит дочь. У соседей по клетке фиеста Ночь...за окном фонари дрожат, Он вдыхает её снова...снова Босанова в «хрущевке», по осколкам надежды. Он берет её молча, не снимая одежду. Босанова в «хрущевке», happy end неизбежен. Он берет её грубо, не снимая одежду.