Тито. История одного койота. Глава 11

Глава одиннадцатая. На следующий день курица опять была привязана на том Же месте и уже после полудня попалась на глаза Осёдланному. Он остановился, поглазел несколько мгновений, Потом уловил направление ветра и осторожно ползком Стал приближаться. Курица забила тревогу и старалась высвободиться из Петли. Но Осёдланный сделал прыжок, Схватил ее так яростно, что оборвал веревку и Бросился к дому. Джек было задремал, но кудахтанье курицы разбудило Его, и он успел разглядеть волка. Как только тот исчез из виду, Джек пошел по Дорожке из белых перьев. Сначала след был очень ясен, так как курица в Борьбе потеряла много перьев. Но когда она наконец испустила последний вздох в Зубах Осёдланного, перьев стало падать все меньше и Меньше. Но Джек спокойно и уверенно шел по следу, Тем более что он тянулся почти прямой линией. Раз или два только вышло досадное промедление, Когда койот немного менял направление или на пути Его совсем не встречалось кустов, о которых бы Обдирались перья. Но одного белого перышка на расстоянии пятидесяти Ярдов от другого было достаточно, Чтобы указывать дорогу. И когда стемнело, Джек был всего в каких-нибудь Двухстах ярдах от пещеры, где в эту самую минуту Девять волчат, рыча, давясь перьями и смахивая их с Носов, наслаждались белой курочкой. Если бы теперь поднялся ветер, То один порыв его донес бы до Джека целое Облако белых перьев или даже веселые крики пирующих И выдал бы пристанище волчат. Но по воле судьбы вечерняя тишина опустилась на Землю, и звук ветвей, которые Джек ломал, Тщетно стараясь отыскать хоть одно белое перышко в Последней заросли, отделявшей его от пещеры, Заглушал все остальные звуки. В это самое время Тита возвращалась домой, Неся в зубах сороку, и напала на следы Джека. В тех краях пеший человек уже сам по себе Есть нечто подозрительное. И Тита пошла немного по следу, Чтобы разобрать, куда направлялся человек. По запаху она сейчас же определила направление. Каким образом это удается животным, никто не знает, Но все охотники утверждают, что животное, Всегда внюхавшись, разберет, куда ведут следы. И Тита поняла, что эти следы направлялись прямо к Ее дому. Охваченная ужасом, она спрятала сороку в кустах и Отправилась по следу. Через несколько минут она расслышала присутствие Человека в чаще и поняла грозившую опасность. Быстро и спокойно обойдя холмик, Она подошла к пещере, издавая тихий предостерегающий Звук. Но вид пещеры и всего холмика, Так заметных теперь благодаря покрывающим их белым Как снег перьям, вероятно, поразил ее. Она издала крик, возвещающий опасность и посылающий Всех в глубину пещеры. И все затихло на маленькой лужайке. Нос Титы всегда был таким верным проводником для Нее, и она так привыкла полагаться исключительно на Его остроту, что мысль, что помимо запаха следов и Дорожка белых перьев могла выдать кому-либо ее Убежище, вероятно, не пришла ей в голову. Но она убедилась, что человек, Которого она всегда знала как существо самое Коварное, Запах которого всегда предвещал несчастье, Человек, с которым было связано представление о всех Ее невзгодах и который столько раз был для нее Причиной смертельной опасности, Что такой человек близко от ее маленьких выслеживает Их и, быть может, уже через несколько мгновений Будет держать их в своих жестоких руках. О, какая мука сковала сердце матери, Представившей себе эту ужасную картину! Но горячая материнская любовь сейчас же вызвала к Жизни всю материнскую мудрость. Отослав маленьких обратно в логовище и знаком Сообщив о своей тревоге Осёдланному, Она быстро вернулась к человеку и прошла мимо него. Сама себе не отдавая отчета, она была уверена в Том, что человек должен пойти по запаху следов точно Так же, как она бы сделала это сама, И что, конечно, он выберет более резко пахнущие Свежие следы, которые она теперь оставляла за собой. Она не понимала, что недостаток света не делал между Двумя дорожками следов никакой разницы и что для Человека таким образом они были теперь одинаковы. Потом она побежала вперед и запела самую дикую и Свирепую песню, какую только знала, Ту, которая столько раз заставляла собак гнаться за Ней. Пропела и остановилась. Затем подбежала ближе к человеку и запела опять, Подбегая все ближе и ближе, уверенная, Что он последует же, наконец, за ней. Конечно, человек не мог увидеть койота, Потому что сумерки уже спустились на землю. Он принужден был бросить охоту. Его понимание всех подробностей охоты и понимание Титы были совершенно различны и, Тем не менее, привели к тому же самому. Он догадался, что вой койота был не что иное, Как голос матери, старавшейся отвлечь его от Логовища. Из этого он заключил, что выводок должен быть Недалеко и что ему остается только вернуться сюда же Завтра и докончить свое дело. Поэтому он отправился обратно к месту своей стоянки.