Тито. История одного койота. Глава 14

Глава четырнадцатая. Тита не бездействовала в то время, Как враг ее старался поймать свою лошадь. Что бы ни думал Оседланный, как бы он ни Уверял ее, Тита не строила воздушных замков. Окончив устройство своего нового жилья, Она вернулась в ложбинку, устланную ковром белых Перьев, и на пороге дома была встречена маленьким Волчонком с большой головой, удивительно похожим на Нее. Она схватила его за шею и понесла в новую Берлогу, находившуюся милях в двух от старой. Беспрестанно она должна была выпускать свою ношу из Пасти, чтобы отдохнуть самой и дать вздохнуть Маленькому. Остановки эти замедляли передвижение, И перенесение маленьких заняло целый день, Так как Оседланному не было позволено перенести хотя Бы одного. Вероятно, потому, что он был слишком Неловок. Начиная с самого крепкого и большого, Все были перенесены по очереди, И после полудня в старом доме оставался только Слабенький баловень матери. Тита не только проработала всю ночь, Роя нору, но сделала за утро около тридцати миль, Из которых пятнадцать несла в зубах тяжелого Детеныша. Но она не думала об отдыхе. Она как раз выходила из пещеры, держа маленького в Зубах, когда на вершине того самого холмика, Где была ее старая нора, появилась собака, А немного позади нее охотник Джек. Как стрела полетела Тита, крепко держа своего Детеныша, и как стрела бросилась за нею дворняжка. Револьвер звучал за нею непрерывно, Но ни одна пуля не коснулась ее. Потом они перелетели через хребет, где пули уже не Могли настигнуть их, и понеслись по плоскости: Усталая волчица со своим маленьким впереди, А громадная разъяренная собака во всю прыть за нею. Если бы она не была так утомлена и не Было бы этой тяжести в ее пасти, Тита скоро Оставила бы далеко за собою неуклюжую дворняжку. Но теперь собака, свирепея, постепенно начинала Настигать свою жертву. Но Тита призвала на помощь свои последние силы, Стрелой взлетела на холмик и затем, Выиграв немного расстояния, спустилась снова в Долину, где скоро низкая заросль заставила ее Потерять все, что она было приобрела, Взяв приступом холмик. Но вот опять они очутились на совсем открытой Равнине, и охотник, тщетно стрелявший далеко позади, Увидал их и продолжал стрелять с еще большим Ожесточением. Пули, положим, только взрывали почву и поднимали Пыль. Но Тите все таки приходилось постоянно лавировать, Чтобы избегнуть их и таким образом терять Драгоценное время. Между тем как собаку звуки выстрелов только Возбуждали. Охотник узнал в волчице своего старого Знакомца короткохвостого койота и, Видя, что она все еще держит в зубах кролика, Которого, как он думал, она несла на обед своей Семье, удивился ее странному упрямству. "Почему она не бросит эту излишнюю тяжесть, Когда дело идет об ее жизни?" Подумал он. Но волчица все стремилась вперед, Казалось, для забавы, взлетая на холмы с такой Тяжестью в пасти, в то время как человек проклинал Себя за то, что не взял лошади, а собака, Не шутя, а с упорством, грозящим смертью, Гналась всего лишь в каких-нибудь тридцати футах за Нею. Внезапно перед Титой открылась пропасть. Небольшой овражек неожиданно очутился перед ней. Усталая, с тяжелой ношей в пасте, Она не решилась перепрыгнуть через него, А пробралась вокруг. Но собака была еще совсем свежа и легко перенеслась Через щель. Теперь расстояние между ними сократилось наполовину. Тита неслась все вперед, стараясь держать своего Маленького над хлещущими ветками и колючими иглами Кустарников. Но, стараясь оградить его от них, она держала его Так крепко, что беспомощный маленький волчонок начал Задыхаться в ее пасти. Приходилось или положить его на землю, Или задушить его. Но бежать еще долго с такой тяжестью она была Уже не в силах. Она попробовала издать крик, призывающий на помощь, Но шерстяной комок во рту заглушал ее голос. Волчонок задыхался, и когда Тита попробовала держать Его немного послабее, он дернулся и вдруг упал в Траву во власть безжалостной собаки. Тита была гораздо меньше собаки. В другое время она, конечно, напустила бы на нее Страху, но теперь все ее мысли были поглощены ее Маленьким. И когда собака прыгнула, чтобы схватить его в свои Челюсти, Тита выросла между ними и замерла. Вставшая дыбом шерсть и оскаленные зубы ее говорили, Что она решила спасти жизнь своего детеныша какой Угодно ценой. Собака не отличалась храбростью, И только сознание, что она больше врага и что Сзади нее находится человек, ободряло ее. Но человек был уже далеко. Первое нападение на дрожащего маленького волчонка, Старавшегося спрятаться в траве, было отбито, И собака призадумалась на минуту. А Тита, воспользовавшись передышкой, Завыла громкий призывный клич: "Яп, яп, яп, яу!" Со всех сторон эхо подхватило этот клич, Так что Джек не мог разобрать, Откуда он. Но был кто-то другой, Кто услыхал его и понял откуда. При этих звуках, похожих на звук отдаленного Выстрела, храбрость вернулась к собаке. Она снова прыгнула на волчонка, и снова мать Отразила прыжок своим собственным телом. Они вцепились друг в друга в смертельной борьбе. О, если бы только Осёдланный пришел! Но никто не приходил, и не было больше возможности Крикнуть о помощи. Тяжесть, величина тела главное в рукопашной схватке. И Тито скоро упала на землю, борясь до конца, Но, очевидно, погибая. А храбрость собаки росла при виде победы, И теперь она думала только о том, как бы Поскорее покончить с матерью и потом убить ее Беззащитного детеныша. Она уже не видела и не слышала ничего другого, Пока из ближайшего куста шалфея не выскочил какой-то Серый шар. В мгновение ока звонкоголосая дворняжка Была отброшена назад врагом, таким же сильным, Как она сама, отброшена со сломанным плечом. Еще мгновение, и верный старый Осёдланный снова Прыгнул на нее. Тито тем временем с трудом поднялась и Присоединилась к Осёдланному. Собака не могла сделать и двадцати прыжков. У нее не хватало дыхания, чтобы лаем призвать Хозяина, скрытого за далекими холмами. И в каких-нибудь пятнадцати ярдах от маленького, Которого она хотела растерзать, они разорвали ее на Куски. А затем Тито подняла своего спасенного детеныша, И они, не торопясь, побрели к своему новому дому. Там благополучно соединилась, наконец, Вся семья, обеспеченная от новых нападений Джека и Его собратьев. И там маленькие волчата жили в мире и покое, Пока мать не закончила их воспитание. И каждый из них не знал всего, чему научила Их прежняя жизнь в равнинах и позднейшая война с Фермерами. Там жили себе да поживали не только они, Но и дети детей их. Стада буйволов давно исчезли. Они не устояли перед ружьями охотников. Стада антилоп тоже почти совсем исчезли. Собаки и пули доконали их. Старинные обитатели прекрасных Бэдлендов растаяли Под новыми условиями жизни, как снег под лучами Солнца. Но койоты больше не боятся полного Исчезновения своего рода с лица земли. Их вечерние и утренние песни по-прежнему раздаются с Высоких холмов, как и много лет тому назад, Когда каждая ложбинка между этими холмами кишела Жизнью. Они познали смертоносные тайны капканов и ядов. Они знают, как провести охотника и собаку, И их догадливость и увертливость не меньше Догадливости человека. Они узнали, как можно преуспевать в стране, Переполненной людьми, несмотря на все, Что люди могут сделать дурного. И всему этому научила их Тито.