Жизнь 2-я. Глава 1

Жизнь вторая. Глава первая. Японец Мали был продавцом дешевых канареек в Погребе. Он был крайне беден, и негр жил с Ним только потому, что японец соглашался делить с Ним стол и кровать, и вообще считал его равным Себе. Будучи честным в соответствии со своими принципами, Которых у него не было, он занимался тем, Что ловил потерянных собак и кошек и возвращал их Владельцам за вознаграждение. Полдюжины канареек были только прикрытием. Все же Японец верил в себя. Малейший успех вздымал его маленькую грязную грудь, И он начинал мечтать о покупке лошадей. Иногда ему хотелось слыть за любителя редких Животных. У него сохранилось честолюбие, Правда, в очень слабой форме. Побуждаемый желанием удовлетворить свое самолюбие, Он даже однажды решил представить одну кошку на Никербокерскую аристократическую выставку кошек и Домашних любимцев. Но ему не удалось. За неимением рекомендаций его полуперсидская кошка Была отвергнута с презрением. Особенно интересовали его столбцы газет, Содержащие списки утерянных и найденных собак и Кошек. Но однажды он прочел в газете статью о воспитании Кошек для меха и поместил этот столбец на стене Своей берлоги. И вот теперь он решил воспользоваться этим Указателем и стал мыть грязную шерсть Китти и Избавлять ее от разных насекомых. Потом он тщательно вымыл Китти теплой водой с мылом, Невзирая ни на ее когти и зубы, Ни на ее мяуканье. Китти была ужасно разгневана, но после такой муки ее Мех стал пушистым и блестящим. Японец и, должно быть, Китти и негр были очень Довольны таким успехом. Но это было только начало. Газетная статья гласила, что особенно способствует Росту меха обилие маслянистой пищи и продолжительное Пребывание животного на холоде. Зима была очень холодная, и японец Мали поместил Клетку Китти во дворе, защитив ее только от дождей И от сквозного ветра, и давал Китти как можно Больше маслянистых пирожков. Прошла неделя. Китти сильно жирела и становилась гладкой. Ей нужно было только жиреть и растить свой мех. Вокруг нее была чистота. Природа с помощью маслянистых пирожков оберегала Китти от холода и делала ее мех с каждым Днем гуще и пушистее. В середине зимы Китти представляла необыкновенно Красивую кошку с чудным густым шелковистым мехом и с Редкими отметинами. Этот успех так подействовал на японца, Что он стал мечтать о славе. Прошлогодняя неудача сделала его более осторожным. Он знал, что бродячая кошка не будет пользоваться Успехом, и решил подобрать подходящее имя для Никербокеров, вроде Королевский Дик или Королевский Сам. Наконец он спросил название того острова, Где родился негр. "Аналостан, сэр, был моей родиной", Ответил негр. "Это прекрасно. Королевская Аналостанка, обрадовался японец. Единственная имеющая родословную королевская Аналостанка на всей выставке, понимаешь? Недурно?" И они оба засмеялись. "Но нам необходимо достать родословную, Понимаешь?" И так, очень длинная подложная родословная была Добыта. В темный вечер негр в взятом напрокат шелковом Цилиндре понес кошку и родословную на выставку. Негр произвел впечатление. Он был когда-то цирюльником на Шестой авеню и умел В пять минут принять более важный вид, Чем японец Мали за всю свою жизнь. Несомненно, это было главной причиной хорошего Приема, оказанного королевской Аналостанке на Выставке кошек. Японец очень гордился своим успехом, Но в день открытия выставки он был подавлен видом Карет и шелковых цилиндров. Служитель с сомнением посмотрел на японца, Однако все же пропустил его по входному билету. Он подумал, что это слуга кого-нибудь из участников Выставки. Японец вошел в зал. По обеим сторонам залы длинными рядами стояли Клетки. Японец скромно проходил по залу, Засматриваясь в клетки, где находились кошки со Всевозможными голубыми и красными бантами. Он все не находил своей Китти и не мог Решиться спросить о ней. Он прошел через несколько боковых залов, Видел много кошек, получивших награды, А Китти все не было. Японец решился пробраться наконец во внутренние Залы, но и там Китти не было. Он решил, что Китти совсем уже не приняли на Выставку, но вошел все-таки в центральную залу. В середине этой залы были кошки высшего разряда. Около одной клетки в середине зала стояла большая Толпа. Здесь проход был огражден веревкой, И двое полицейских следили за порядком. Японец вошел в середину толпы, И хотя богато одетая публика сторонилась от него, Он все же не мог подойти ближе и увидеть, Кем все так интересовались. "Но как она хороша!", говорила одна молодая леди. "Как изящно!", вторила другая. "Как сразу виден тот аристократизм, Который дается веками самой утонченной жизни. Ах, как бы я хотела иметь это прекрасное существо! С каким достоинством она держится, Как она спокойна. Говорят, что известна полная ее родословная, Доходящая почти до фараонов". А бедный маленький грязный японец стоял и удивлялся, Как он мог осмелиться пустить свою бродячую кошку в Такое общество. "Простите, мадамс, простите, будьте добры, Дайте дорогу. Вот здесь художник из "Спортивного Курьера" с приказом срисовать поскорее этот перл Выставки". Так говорил распорядитель выставки, Очищая дорогу художнику. "Ах, господин распорядитель, нельзя ли было бы Как-нибудь купить у владельца это редкостное Существо?" "Не знаю, право, не знаю", отвечал распорядитель. "Я попытаюсь, попытаюсь, мадам, Но вряд ли. Владелец человек очень богатый и совершенно Недоступный. Его дворецкий мне говорил, Что он едва согласился выставить здесь свое Сокровище. Уходите, уходите с дороги!" Закричал распорядитель, когда наш невзрачный Маленький японец протиснулся мимо художника к клетке С знаменитостью. Но японец все же подошел настолько близко, Что ясно мог прочесть надпись на плакате, Висевшем на клетке. Там было написано: "Золотая медаль и голубая лента Присуждены на Никербокерской аристократической Выставке кошек и домашних любимцев чистокровной, Имеющей родословную, королевская Оналастанка, Привезенная и выставленная японцем Мале, Сквайром, хорошо известным любителям, Не для продажи". Японец прочел, и у него дух захватило от радости. Он посмотрел еще раз. Да, конечно. Там, в позолоченной клетке, На бархатных подушках лежала его Китти. Четверо полицейских стояли у клетки для охраны. Китти же со своими черными отметинами на Бледно-сером мхе лежала, полузакрыв свои синеватые Глаза. И видно было, что она сильно устала от этого Мало ей понятного вздора, который к тому же не Нравился ей совсем.