Сказание о шести градоначальницах, Чт. 3

"Покорись, бесстыжая, да уйми своих кобелей!" Храбро отвечала Ираидка. Однако утру следующего дня Ираидка начала Ослабевать, но и то благодаря лишь тому Обстоятельству, что казначей бухгалтер, Проникнувшись гражданскою храбростью, Решительно отказались защищать укрепления. Положение осажденных сделалось весьма сомнительным. Сверхобязанности отбивать осаждающих Ираидке Необходимо было усмирять измену в собственном Лагере. Предвидя конечную гибель, Она решилась умереть геройскою смертью. Собрав награбленные в казне деньги, в виду всех Взлетела на воздух вместе с казначеем и бухгалтером. Утром помощник градоначальника, Сажая капусту, видел, как обыватели вновь Поздравляли друг друга, лобызались и проливали Слезы. Некоторые из них до того осмелились, Что даже подходили к нему, хлопали по плечу и В шутку называли свинопасом. Всех этих смельчаков помощник градоначальника, Конечно, тогда же записал на бумажку. Вести о глуповском нелепом и смехотворном смятении Достигли, наконец, и до начальства. Велено было беспутную оную Клементинку сыскав, Представить, а которые есть у нее сообщники, То и тех, сыскав, представить же, А глуповцам крепко, накрепко наказать, Дабы неповинных граждан в реке занапрасно не Утапливали и с раската звериным обычаем не Сбрасывали. Но Известие о назначении нового градоначальника все еще Не получалось. Между тем дела в Глупове запутывались все больше и Больше. Явилась третья претендентша, Ревельская уроженка Амалия Карловна Штокфиш, Которая основывала свои претензии единственно на Том, что она два месяца жила у какого-то Градоначальника в Помпадуршах. Опять шарахнулись глуповцы к колокольне, Сбросили с раската Семку и только что хотели Спустить туда же пятого Ивашку, Как были остановлены именитым гражданином Силой Терентьевым Пузановым. "Атаманы-молодцы", говорил Пузанов. "Однако ведь мы таким манером всех людишек перебьем, А толку не измыслим". "Правда", согласились опомнившиеся атаманы-молодцы. "Стоой, кричали другие. А зачем Ивашка галдит? Галдеть разве велено?" Пятый Вашка стоял ни жив, ни мертв перед раскатом, Машинально кланяясь на все стороны. В это время к толпе подъехала на белом коне Девица Штокфиш, сопровождаемая шестью пьяными Солдатами, которые вели взятую в плен беспутную Клементинку. Штокфиш была полная белокурая немка с Высокою грудью, с румяными щеками и с пухлыми, Словно вишни, губами. Толпа заволновалась. "Ишь толстомясая, пупки-то нагуляла", Раздалось в разных местах. Но Штокфиш, очевидно, заранее взвесила опасности Своего положения и поторопилась отразить их Хладнокровием. "Атаманы-молодцы, гаркнула она молодецки, Указывая на обезумевшую от водки Клементинку. Вот беспутная оная Клементинка, Которую велено, сыскав, представить. Видели?" "Видели", шумела толпа. "Точно видели? И признаете ее за ту самую беспутную Оную Клементинку, которую велено, сыскав, Немедленно представить?" "Видели, признаем". "Так выкатите им три бочки пенного", Воскликнула неустрашимая немка, обращаясь к Солдатам, и, не торопясь, выехала из толпы. "Вот она, вот она, матушка-то наша, Амалия Карловна. Теперь, братцы, вина у нас будет вдоволь", Гаркнули атаманы-молодцы вслед уезжающей.