Фантастический путешественник, Чт. 1

Фантастический путешественник. Едва успели глуповцы поправиться, Как бригадирово легкомыслие чуть-чуть не навлекло на Них новой беды. Фердыщенко вздумал путешествовать. Это намерение было очень странно, ибо в ведении Фердыщенко находился только городской выгон, Который не заключал в себе никаких сокровищ ни на Поверхности земли, ни в недрах оной. В разных местах его валялись, конечно, Навозные кучи, но они даже в археологическом Отношении ничего примечательного не представляли. Куда и с какой целью тут путешествовать? Все благоразумные люди задавали себе этот вопрос, Но удовлетворительно разрешить не могли. Даже бригадирова экономка, и та пришла в большое Смущение, когда Фердыщенко объявил ей о своем Намерении. "Ну куда тебя слоняться несет? Говорила она. На первую кучу наткнешься и завязнешь. Кинь ты свое царство, Христа ради". Но бригадир был непоколебим. Он вообразил себе, что травы сделаются зеленее и Цветы расцветут ярче, как только он выедет на выгон. "Утучнятся поля, прольются многоводные реки, Поплывут суда, процветет скотоводство, Объявятся пути сообщения", бормотал он про себя и Лелеял свой план пуще зеницы ока. Прост он был, поясняет летописец, Так прост, что даже после стольких бедствий простоты Своей не оставил. Очевидно, он копировал в этом случае своего патрона И благодетеля, который тоже был охотник до Разъездов. По краткой описи градоначальником Фердыщенко обозначен так: "Бывый денщик князя Потемкина". И любил, чтобы его везде чествовали. План был начертан обширный. Сначала направиться в один угол выгона, Потом, перерезав его площадь поперек, нагрянуть в Другой конец, потом очутиться в середине, Потом ехать опять по прямому направлению, А затем уже куда глаза глядят. Везде принимать поздравления и дары. "Вы смотрите, говорил он обывателям, Как только меня завидите, так сейчас в тазы бейте, А потом начинайте поздравлять, как будто я и невесть Откуда приехал". "Слушаем, батюшка Петр Петрович", Говорили проученные глуповцы, но про себя думали: "Господи, того гляди, опять город спалит". Выехал он в самый Николин день, сейчас после ранних Обеденей, дома сказал, что будет нескоро. С ним был денщик Василий Черностоп да два инвалидных Солдата. Шагом направился этот поезд в правый угол Выгона, но так как расстояние было близкое, То как не медлили, а через полчаса поспели. Ожидавшие тут глуповцы в числе четырех человек Ударили в тазы, а один потрясал бубном. Потом начали подносить дары. Подали тешку осетровую соленую да семрюжку Провесную среднюю да кусок ветчины. Вышел бригадир из брички, стал спорить, что даров Мало, да и дары те не настоящие, А лежалые и служат к умалению его чести. Тогда вынули глуповцы еще по полтинникой, Бригадир успокоился. "Ну, теперь показывайте мне, старички, Сказал он ласково, каковы у вас есть Достопримечательности". Стали ходить взад и вперед по выгону, Но ничего достопримечательного не нашли, кроме одной Навозной кучи. "Это в прошлом году, как мы лагерем во время Пожара стояли, так в ту пору всякого скота тут Довольно было", объяснил один из стариков. "Хорошо бы здесь город поставить, Молвил бригадир, и назвать его Домнославом в честь Той стрельчихи, которую вы занапрасно в то время Беспокоили". И потом прибавил: "Ну, А в недрах земли как?" "Об этом мы неизвестно, отвечали глуповцы. Думаем, что много всего должно быть. Однако допытываться боимся, как бы кто не увидал да Начальству не пересказал". "Боитесь?" усмехнулся бригадир. Словом сказать, в полчаса, да и то без нужды, Весь осмотр кончился. Видит бригадир, что времени остается много, А отбытие с этого пункта было назначено только на Другой день. И начал тужить и корить глуповцев, Что нет у них ни мореходства, ни судоходства, Ни горного и монетного промыслов, Ни путей сообщения, ни даже статистики, Ничего, чем бы начальникова сердце возвеселить. А главное, нет предприимчивости. "Вам бы следовало корабли заводить, Кофе и сахар развозить, сказал он. А вы что?" Переглянулись между собой старики, Видят, что бригадир как будто и к слову, А как будто не к слову свою речь говорит. Помялись на месте и вынули еще по полтиннику. "На этом спасибо, молвил бригадир. А что про мореходство сказалось, на том простите". Выступил тут вперед один из граждан и, Желая подслужиться, сказал, что припасена у него за Пазухой деревянного дела пушечка малая на колесцах и Гороху сушеного запасец небольшой. Обрадовался бригадир этой забаве несказанно, Сел на лужок и начал из пушечки стрелять. Стреляли долго, даже умучились, а до обеда все еще Много времени остается. "Ах, прах те побери! Здесь и солнце-то словно назад пятится", Сказал бригадир, с негодованием поглядывая на Небесное светило, медленно выплывающее по Направлению к зениту.