День первый, Чт. 2

И как опухоль являлась вначале, Да и позднее оставалась вернейшим признаком близкой Смерти, таковым были пятна, у кого они выступали. Казалось, против этих болезней не помогали и не Приносили пользы ни совет врача, Ни сила какого бы то ни было лекарства. Таково ли было свойство болезни или невежество Врачующих, которых, за вычетом ученых медиков, Явилось множество мужчин и женщин, не имевших Никакого понятия о медицине, не открыло ее причин, А потому не находило подобающих средств. Только немногие выздоравливали, и почти все умирали На третий день после появления указанных признаков. Одни скорее, другие позже. Большинство без лихорадочных или других явлений. Развитие этой чумы было тем сильнее, Что от больных через общение со здоровыми она Переходила на последних совсем так, как огонь Охватывает сухие и жирные предметы, Когда они близко к нему подвинуты. И еще большее зло было в том, что не Только беседа или общение с больными переносило на Здоровых недуг и причину общей смерти, Но, казалось, одно прикосновение к одежде или другой Вещи, которой касался или пользовался больной, Передавало болезнь дотрагивавшемуся. Дивным покажется, что я теперь скажу. И если б того не видели многие и я Своими глазами, я не решился бы тому поверить, Не то что написать, хотя бы и слышал о Том от человека, заслуживающего доверия. Скажу, что таково было свойство этой заразы при Передаче ее от одного к другому, Что она приставала не только от человека к человеку, Но часто видали и нечто большее. Что вещь, принадлежавшая больному или умершему от Такой болезни, если к ней приказалось живое существо Нечеловеческой породы, не только заражала его Недугом, но и убивала в непродолжительное время. В этом, как сказано выше, я убедился собственными Глазами. Между прочим, однажды на таком примере: Лохмотья бедняка, умершего от такой болезни, Были выброшены на улицу. Две свиньи, набредя на них по своему обычаю, Долго теребили их рылом, потом зубами, Мотая их со стороны в сторону, И по прошествии короткого времени, закружившись Немного, точно поев отравы, упали мертвые на Злополучные тряпки. Такие происшествия и многие другие, Подобные им и более ужасные, порождали разные страхи И фантазии в тех, которые, оставшись в живых, Почти все стремились к одной жестокой цели избегать Больных и удаляться от общения с ними и их Вещами. Так поступая, воображали сохранить себе Здоровье. Некоторые полагали, что умеренность жизни, Воздержание от всех излишеств сильно помогает борьбе Со злом. Собравшись кружками, они жили, Отделившись от других, укрываясь и запираясь в дома, Где не было больных и им самим было удобнее. Употребляя с большою умеренностью изысканнейшую пищу И лучшие вина, избегая всякого излишества, Не дозволяя кому бы то ни было говорить с Собою и не желая знать вестей извне о смерти Или больных, они проводили время среди музыки и Удовольствий, какие только могли себе доставить. Другие, увлеченные противоположным мнением, Утверждали, что много пить наслаждаться, Бродить с песнями и шутками, удовлетворять по Возможности всякому желанию, смеяться и издеваться Над всем, что приключается, вот вернейшее лекарство Против недуга. И как говорили