День первый, Чт. 10

Новелла первая. Сэр Чапеллето обманывает лживой исповедью Благочестивого монаха и умирает. Негодяй при жизни и по смерти признан святым и Назван Сан Чапеллето. Милые дамы! За какое бы дело ни принимался человек, Ему достоит начинать его во чудесное святое имя Того, кто был создателем всего сущего. Потому и я, на которого первого выпала очередь Открыть наши беседы, хочу рассказать об одном из Чудных его начинаний, дабы, услышав о нем, Наша надежда на него утвердилась как на незыблемой Почве, и его имя восхвалено было нами во все Дни. Известно, что все существующее во времени преходяще И смертно, исполнено в самом себе и вокруг скорби, Печали и труда, подвержено бесконечным опасностям, Которые мы, живущие в нем и составляющие его часть, Не могли бы ни вынести, ни избежать, Если бы особая милость Божия не давала нам на То силы и предусмотрительности. И нечего думать, что эта милость нисходит к нам И пребывает в нас за наши заслуги, А дается она по Его собственной благости и молитвами Тех, кто, подобно нам, были смертными людьми, Но, следуя при жизни Его велениям, Теперь стали вместе с Ним вечными и блаженными. К ним, как к заступникам, знающим по опыту нашу Слабость, мы и обращаемся, моля их о наших нуждах, Может быть, не осмеливаясь возносить наши молитвы к Такому судье, как Он. Тем больше мы признаем Его милосердие к нам, Что при невозможности проникнуть смертным оком в Тайны божественных помыслов нередко случается, Что, введенные в заблуждение молвой, Такого мы избираем перед Его величием заступника, Который навеки Им осужден. А несмотря на это, Он, для которого нет тайны, Обращая более внимания на чистосердечие молящегося, Чем на его невежество или осуждение призываемого, Внимает молящему, как будто призываемый ими Удостоился перед Его лицом спасения. Все это ясно будет из новеллы, Которую я хочу рассказать вам. Я говорю ясно с точки зрения человеческого Понимания, не божественного промысла. Рассказывают о Мушьято Францеззи, Что когда из богатого и именитого купца он стал Кавалером и собирался поехать в Тоскану вместе с Карлом, безземельным братом французского короля, Вызванным и побужденным к тому папой Бонифацием, Он увидел, что дела его там и здесь сильно Запутаны, как то нередко у купцов, И что распутать их нелегко и нескоро. И потому он решился поручить ведение их нескольким Лицам. Все дела он устроил, только одно у него Осталось сомнение: где ему отыскать человека, Способного взыскать его долги с некоторых Бургундцев? Причина сомнения была та, что он знал бургундцев за Людей, охочих до ссоры, негодных и не держащих Слово, и он не в состоянии был представить себе Человека настолько коварного, что он мог бы с Уверенностью противопоставить его коварству Бургундцев. Долго он думал об этом вопросе, Когда пришел ему на память некий сэр Чепарелло из Прато, часто хаживавший к нему в Париж. Этот Чепарелло был небольшого роста, Одевался чистенько, а так как французы, Не понимая, что означает Чепарелло, Думали, что это то же, что на их языке Чепель, то есть венок, то они прозвали его не Капелло, а Чиаполетто, потому что, Как я уже сказал, он был мал ростом. Так его всюду и знали за Чапеллето, И лишь немногие за сэра Чепарелло. Жизнь этого Чапеллето была такова. А был он нотариусом, и для него было бы Величайшим стыдом, если какой-нибудь из его актов, Хотя их было у него немного, оказался не фальшивым. Таковые он готов был составлять по востребованию и Охотнее даром, чем другой за хорошее вознаграждение. Лжесвидетельствовал он с великим удовольствием, Прошеный и непрошеный. В то время во Франции сильно веровали в присягу, А ему ложная клятва была нипочем, И он злостным образом выигрывал все дела, Которым его привлекали с требованием сказать правду По совести. Удовольствием и заботой было для него посеять Раздор, вражду и скандалы между друзьями, Родственниками и кем бы то ни было. И чем больше оттого выходило бед, Тем было ему милее. Если его приглашали принять участие в убийстве или Каком другом дурном деле, он шел на то с Радостью, никогда не отказываясь, Нередко и с охотой собственными руками нанося увечья И убивая людей. Кощунствовал он на Бога и святых Страшно из-за всякой безделицы, ибо был гневлив не в Пример другим.