День первый, Чт. 29

Дорогие подруги, хотя Пампинея более по своей Любезности, чем за мое достоинство, Назначила меня вашей королевой, я, Тем не менее, не расположена в устроении нашего Образа жизни следовать только моему мнению, Но вместе с моим и вашему. А для того, чтобы вы знали, что, по-моему, Следует сделать и могли бы впоследствии, По вашему усмотрению, прибавить что-либо или Умалить, я намерена разъяснить вам это в нескольких Словах. Если я хорошо пригляделась сегодня к распоряжению Пампинеи, они показались мне в одно и то же Время достойными хвалы и ведшими к удовольствию. Поэтому, пока они вследствие частого повторения или По другой причине не прискучат, Я не считаю нужным отменять их. Итак, распорядившись тем, что мы уже начали Приводить в исполнение, встанем и, Весело погуляв, когда солнце пойдет на закат, Поужинаем на холодке, а там после нескольких песенок И других развлечений хорошо будет и пойти спать. Завтра поднявшись, пока прохладно, Также пойдем повеселиться куда-нибудь, чем кому по Нраву. И, как сделали сегодня, вернемся в урочный Час к обеду, попляшем и, встав ото сна, Как сегодня, вернемся сюда для рассказов, В которых, по моему мнению, заключается наибольшее Удовольствие, а в то же время и польза. Правда, я хочу начать нечто, чего Пампинея не могла Сделать, будучи поздно избранной к правлению. Хочу ограничить некоторым пределом то, О чем мы станем рассказывать и объявлять вам о Том наперед, дабы у каждого было время придумать Какую-нибудь хорошенькую новеллу на данный сюжет. Если вам это приглянется, то он будет таков: Так как с начала мира люди бывали увлекаемы разными Случайностями судьбы и будут увлекаемы до конца, То пусть каждый расскажет о тех, кто после разных Превратностей и сверх всякого ожидания достиг Благополучной цели. Женщины и мужчины равно одобрили такой порядок и Сказали, что будут ему следовать. Один лишь Дионео заявил, когда все остальные уже Умолкли: "Мадонна, как все другие сказали, Так скажу и я, что порядок, вами указанный, Чрезвычайно хорош и достоин похвалы. Но от вашей особой милости я прошу дара, Который пусть будет утвержден за мной, Пока будет состоять это общество. И дар этот следующий: чтобы это постановление не Обязывало меня сказывать новеллу на данный сюжет, Если я того не захочу, и я мог бы Рассказать, какую мне заблагорассудится. А дабы никто не подумал, что я прошу этой Милости как человек, у которого рассказов нет в Запасе, я готов быть всегда последним из Сказывающих". Королева, знавшая его за забавного и веселого Человека и отлично понявшая, что он просит того Единственно с целью развеселить общество, Если бы оно устало от рассуждений, какой-нибудь Смехотворной новеллой, весело и при общем согласии Даровала ему эту милость. Поднявшись, все тихими шагами направились к потоку, Светлые воды которого спускались с пригорка в Долину, тенистую от множества деревьев среди диких Камней и зеленой травы. Здесь, разувшись и оголив руки и бродя в волнах, Дамы затеяли промеж себя разные забавы. Когда приблизился час ужина, вернулись в палаццо, Где поужинали с удовольствием. После ужина, когда принесли музыкальные инструменты, Королева приказала завести танец и чтобы вела его Лаурета, а Емилия спела канцону, Сопровождаемая на лютне Дионео. Согласно этому приказу, Лаурета тотчас же начала и Повела танец, а Емилия любовно запела следующую Канцону. "Я от красы моей в таком очаровании, Что мне другой любви не нужно никогда, И вряд ли явится найти ее желание. Когда смотрюсь в себя я, в прелестях моих, То благо нахожу, что дух наш услаждает, И новый случай ли, мысль старая ль, Но их у тех, столь радостных, ничто не прогоняет. И в мире, знаю я, мой взор не повстречает Такого чудного предмета никогда, Чтоб в душу новое мне влил очарование. В какой бы час себя ни пожелала я утешить Благом, тем оно навстречу зову спешит немедленно. И тут душа моя вся наслаждения исполнена такого, Что выразить его ничье не может слово, И не поймет его тот смертный никогда, Кто сам не испытал того очарования. А я, которая сгораю тем сильней, Чем более на нем свои покою взгляды, Вкушая уж теперь высокие услады, Что мне сулит оно, и в будущем отрады еще Я большей жду, с какою никогда сравниться не могло Б ничье очарование". Когда кончилась плясовая песня, Которой все весело подпевали, хотя кое-кого она Заставила и задуматься над ее словами, проплясали Еще несколько мелких танцев. Уже прошла часть короткой ночи, и королеве угодно Было положить конец первому дню. Велев зажечь факелы, она приказала всем пойти Отдохнуть до следующего утра, что все и сделали, Вернувшись каждый в свой покой.