Назло E

Я прочитаю про тебя назло, и глубина моих слов Всех зацепит, мол, снова. И я опять им прочитаю про тебя назло. Давно не видевший снов, чётно пытаюсь уснуть. Я прочитаю, прочитаю про тебя назло, И глубина моих слов всех их зацепит, Мол, снова. И я опять им прочитаю про Давно видевший снов, чётно пытаюсь уснуть. Постоянно занят не тем, но это с их слов. Спрятаны в мысленный слот. Лечим, хороним себя в ремесло. Важно, чтобы вечно куда-то несло. Кто-то палец этих засвеченных фот. Прошлого лучи из своих глаз, когда в фото. В фото я пришел и нашел черный ход. Теперь выделюсь на фоне других чуваков. Меня слушай внимательно, я много чему научился, Умело кидаю в глюч лица. Напил километры минут, переныл свое сердце, Что слева болит под ключицей. Запеченные чиксы на петлях кичился. Привет моим фэмам, всем колу и чипсы. На мою душу, в чем мелочиться. Из темноты палит совесть волчицы. Еще один год я листаю, но тленностью мимик опять Сегодня рано темнеет. Вроде не с ними, но нас всех рисует засвеченный Снимок. Мне не объяснили. Сказали: "Ты лирик". Пока в голове там хандра крутит гелик. Там знающий дел один пишет в инете: "Я бездарь." Второй говорит, что я гений. Прям до офигений. Поделим и в Кине. Мы будем молчать еще дольше, чем Кения. Взгляд в капец зашкерив. Кучей ненужного им барахла Окружен тут наш берег. Это нас штырит. Ноги, ступени, взгляды на шпили. Я явно лишний на этой чужбине. Руки карманы, взгляды на спины. Скучно тут, чё-то пиздец в вашем мире. Я прочитаю про тебя назло, и глубина моих слов Всех их зацепит, мол, снова. И опять им прочитаю про тебя назло. Давно не видевший снов, чётно пытаюсь уснуть. Я прочитаю, прочитаю про тебя назло, И глубина моих слов всех зацепит, Мол, снова. И я опять им прочитаю про тебя Назло. Давно не видевший снов, Чётно пытаюсь уснуть. И мы потеряны в фототеке за тенями с теми Невзрачными лицами. Станем одними из тех, кто не понял успех, Кто не поднял на смех, кто быстрее всех стрел, Кто не вышел из дел этих выжженных тел. Мне интересен твой мир. Интересно, кто выжал все соки из старых вагин. Догони меня, кинутый камень святого Иуды. Окажись на распутье, чтоб знали в себе ты откуда. В себе мы забудем привычки и имена. Моя молодость старая сука и именно я, Именно январским утром кину тот камень в спину себе, Уходящему вдаль. Почему в голове, переполненной глупостью, Тромб бросит в острог? Кинет острот, чтобы схавал нас гроб, опустив в этот Глиняный погреб. Не мне одному киловатты советников пели апогреф, Обретая на муки лопаты в степи или степени, Пофиг. Твои губы холодные. Зацелуй меня до смерти, молодость. Обони меня голосом. Отымей меня грубо и полностью. Я спокоен, пиздец. И покой непоколебим никем. В этой жизни играем со смертью. Сука, угадай, в какой руке. Я прочитаю про тебя назло, и глубина моих слов Всех их зацепит, мол, снова. И я опять им прочитаю про тебя назло. Давно не видевший снов, чётно пытаюсь уснуть. Я прочитаю, прочитаю про тебя назло, И глубина моих слов всех зацепит, Мол, снова. я опять им прочитаю Про снов, чётно пытаюсь Уснуть.