Волки и овцы, Чт. 4

Едва Глафира убежала переодеваться, Купавина распечатала письмо Беркутова. Посмотрим, что это за послание. "Исполняю ваше приказание, собираюсь в Усадьбу". Ах, Но с той самой минуты, как я решился Ехать, я уже испытываю мучительное Чувство Нетерпения. Мне Обидно, что меня повезет паровоз, Придуманный англичанами для перевозки Тяжелых грузов. Мне Нужны крылья, Резвые крылья Амура. Какая пошлость! Что дальше, то лучше. Ну что это с ним сделалось? Неужели он думает, что я поверю всем этим Глупостям? Ну да ничего, надо оставить его в этом заблуждении. Тем вернее он попадется. Я все нашла: и шелковые чулки, И башмаки. И посмотри-ка, как мне все лицу. Жаль такую ножку обувать в какие-то лапти. Ох, чудо, как ты мила! Уж разве он каменный, а то как бы, Кажется. Тетя, прикажите обедать подавать. А вот и Михайло Борисыч идет. Подождите, подождите меня, я сейчас. Ну, либо пан, либо пропал. Вечер. Спала дневная жара и повеяло прохладой в тенистом Парке усадьбы Купавиной. Елена Николаевна, Глафира и Лыняев в сопровождении Старой тетки Купавиной Конфуцихы отправились Погулять, посмотреть на народное гулянье. Но едва вышли они за калитку сада, Лыняевым овладела Его обычная лень. Не понимаю, не понимаю, что за фантазия гулять по Росе, когда можно очень спокойно сидеть в комнате. Ну, пожалуй, на балконе, если хотите быть, Э, на воздухе. Ну я хочу народное гулянье посмотреть. Не ходите. Что за удовольствие идти за две версты, Да еще по горам, чтобы смотреть на пьяных? Скажите лучше, что вам лень. Да уж вставайте. Я тетю возьму. Вот и прекрасно. А впрочем, я пожалуй-Нет, нет, Уставайте, а то вы всю дорогу будете охать да Вздыхать, жертвой себя представлять. Тетя, пойдемте. Ну что ж, ты ее пожалуй, что ж, Пожалуй. Ты тоже останешься? Оставайся, оставайся. Да, у меня от шума голова кружится. Подождите нас здесь. Подождем, подождем. Глафира в светлом нарядном платье и Лыняев присели На скамеечку у калитки сада. Э, Вы только Платье переменили, а скромность при себе оставили. Вам излишняя скромность не нравится? Как не нравится? Что вы, помилуйте. Нет, это хорошо, очень хорошо. Может быть, хорошо, зато скучно. Разве вы обязаны развлекать меня? Это скорее моя обязанность. Но и я, Извините, и я могу предложить вам только поскучать Со мной вместе. И прекрасно. Очень вам благодарна. Не стоит благодарности. Нет, очень стоит. Да за что же? За спокойствие. Проведя вечер с вами, можно уснуть без Всяких волнений. Сном праведника. Я еще никого не любила, Михайло Борисыч, Но ведь эта пора придет. Я в таких летах, что каждую минуту должна ждать Любовной горячки. Значит, вы так же, как и все. А я думал, что вы-Что? Что я не способна любить? Таких девушек не бывает, Михайло Борисыч. Так вы боитесь полюбить? Как же не бояться? Любовь мне ничего не принесет, Кроме страданий. Я девушка со вкусом. Я могу полюбить только порядочного человека, А порядочные ищут богатых. Вот почему я убегаю и прячусь от общества. Я боюсь полюбить. Вы не смотрите, что я скромна. Тихие воды глубоки. Я чувствую, что если я полюблю-Ой, Страшно. Не говорите, пожалуйста, Не продолжайте. Но с вами я ничего не боюсь Не Боитесь? Нисколько. Вы меня увлекать не станете, да и увлечься вами Нет никакой возможности. Но Почему же вы так думаете? Ну полно тебе, Михайло Борисыч, Какой вы любовник? Вы не обижайтесь, Михайло Борисыч, вы очень хороший Человек, вас все уважают, но любить Вас невозможно. Вы уж вылетал и ожерели. И дома, вероятно, в теплом халате ходите и в Колпаке. Словом, вы стали похожи на милого, Доброго папашу. Вы уж очень безжалостны ко мне. Нет, я еще... Нет, Михайло Борисыч, откажитесь от побед. Чего же смеетесь, помилуйте? Простите, пожалуйста. Мне сейчас смешная мысль в голову пришла. Ну, если бы вы меня полюбили и станете Рассыпаться в нежностях передо мной, При всем уважении не выдержишь, Расхохочешься. Однако какие вам мысли-то в голову приходят игривые? Да. Так дурачусь. Вам странно, что я развеселилась. Недолго мне. А чего ж недолго? В монастырь собираюсь на днях. Нет, вы шутите. Нет, не шучу. Прощайте. Не поминайте лихом. В самом деле, пожалуйста, вы не сердитесь на меня За мои шутки. Мне бы так хотелось оставить добрую Память о себе. Оставить Добрую память Вы очень можете. Как именно? Окажите мне маленькую услугу. Особенно бы удалось. Почему особенно? Так. Вы очень милый человек. Мне нужно Хорошего писца на некоторое время. Не могу. Хотя я хорошо пишу, но в писцы к вам Не пойду. Вы не поняли или не хотите понимать? Нет, Если бы я была мужчина, тогда другое дело. То, помилуйте, что подумают, милый Михайло Борисыч. А впрочем... Да нет же! У Миропы Давыдовны занимается письмоводством Чугунов. Я его руку знаю, но иногда попадаются от Нее бумаги, написанные отличным почерком. Вам нужно точно такого писца? Мне нужно знать, кто это пишет. Спросите у Чугунова. Не скажет. Тут у вас что-то непросто. Да, вы знаете. Может быть, знаю больше, Чем вы думаете. Так скажите. Нельзя. Почему? Потому что он мой любовник. Ой, час от часу не легче. Нет, я очень сильно выразилась. Но он действительно влюблен в меня. Пишет мне со стихами письма чуть не каждый день. Такой милый. А света не требует, а только изливает свои чувства Передо мной. Но кто же он, скажите? Он вам очень нужен. Очень? Очень. Я не только могу его назвать вам, Но через десять минут привести сюда и Отрекомендовать. Что вы, неужели? Да, только даром я этого не сделаю. Требуйте от меня, что вам угодно. Чего только вам угодно. Я попрошу небольшого. Все. Все, что хотите. Притворитесь влюбленным в меня На сегодня и ухаживайте за мной весь вечер. А вы будете смеяться? Вероятно, если это будет смешно. Ну? Ну, На один вечер куда ни шло. Хоть и тяжеленько, да нечего делать. Сам обещал. Так вы когда же мне его покажете? Хоть сейчас. Я видела, как он прошел на гуляние. Пойду и приведу вам его сюда. Подождите меня здесь. Вот и я, Влампая Николаевна. Что ж вы так скоро? Ой, И хотелось еще погулять, да скрываюсь от Преследований. Вот я вам и говорил, Что там пьяные. А кто же вас преследует? Наш общий знакомый Мурзаветский. Проводите меня до дому. Анфуса Тихоновна, будьте так добры, Подождите здесь Глафиру Алексеевну, И когда она воротится, скажите ей, Что я сейчас приду. Да не впускайте Мурзаветского в сад. Скажите, что меня дома нет, что я уехала. Ну, хорошо. А что там церемониться? Просто гнать этого милого мальчика прочь. Потыкаясь, наталкиваясь на деревья, Появляется пьяный Мурзаветский. У него двоится в глазах и ему мерещится, Что на скамейке у калитки сидят двое: Купавина и ее старая тетка. В действительности там сидит одна Анфуса Тихоновна. Эка, эка животное, Повешу, кончено. Нет, брат, повешу, кончено. Пардон, мадам. А, А где же они? Ааа! Вон, кажется, обе тут. Что-то в глазах застилает, мелькает что-то, То, то одна, то Две. Две. Конечно, две. Честь имею. Ну уж, не надо уж. Позвольте, позвольте. Евампия Николаевна. Как какая? Где уж она? Евампия Николаевна, она здесь, В груди моей, пароль донер. Таких страданий, таких страданий. Ну уж довольно, уж довольно. Я с вами согласен. Но, но когда нет сил, то что же мне Делать? Влюбленный Кольцов. Ах, право уж, ну, ну что уж Да ну что уж Да ну что уж. Не хотите, не хотите отвечать. А я вот тут у вас у ног Могу умереть. Отвечайте. Ну, отвечайте, монаныч, ну, энемо. Да ну вы. Арфуся Тихоновна, оставьте ее, Вас прошу, я не с вами. Сам говорите Так, так ну с кем? С кем? Это странно. Это, это странно. Вы, вы думали, я с вами? Да Никого тут больше-то. Арфуся Тихоновна. Ну что, что еще? Арфуся Тихоновна, тезеу. Евампия Николаевна, Евампия Николаевна, бывают в жизни минуты, Что я, одна минута, когда человек-Ах, Ну что мне, ну что мне. Вы молчите, за вас отвечаю. Для благородной души моей это, Это я вам скажу, Тяжело. Да откуда ж она? Ну ко ли нету. Чего нет, как нет? Ну уж так вот. Ну. А где же она? А ко ли нету же, ну, здесь нету, Ну где, где? Боже мой! Ну, ну что еще, что? Одинако какой обман! Кому уж нужно. Что за, что за обман чувств и игра воображения? Ну нет, я шутить над собой не позволю. Дудки! А, вы уж ну вот уж сами, А я что уж. Я еду, еду и свищу, она еду не спущу. Ну, вели. Вели, вели, на прощур Вели, вели. Ну нет, я пойду. Мурзавецкий хочет пройти в сад, но у калитки Лыняев Преграждает ему дорогу. Куда? К ней. Увы! Что, что увы? Что, что такое, милостивый государь, Увы? Нельзя. Не велено вас принимать. Меня не велено? Я посмотрю. Послушайте, я вам вот что по-дружески посоветую. Поезжайте домой, а то нехорошо. Что, что такое нехорошо? Позвольте, позвольте вас спросить. В саду поставлены люди, и как вы войдете, Так... Понимаете? Что? Что? Я не виноват. Евампии Николаевне было угодно так распорядиться. Ну, меня не испугаешь. Впрочем, пожалуй, я не пойду. Не надо. Я, знаете, хотел поладить с ней дело Миром, а теперь шалишь морген фрюх. Что вам за охота миром? Держать чужой вред. Пятьдесят тысяч должна. А, хорошие деньги. А я и не хотел брать. Зачем? Я просто моншера, хотел сан ф-ф-- Предложить руку, чтобы компрадо соединить Капиталы. У меня ничего нет, у меня Состояние, у нее состояние. Какие тут могут быть иски, взыски? Хорошо бы, только она за вас не пойдет. А, ну тогда не взыщи и не помилую. Ах, моншер, что я с ней сделаю, Ограблю, начисто ограблю. Пятьдесят тысяч потребуете. Не, уж тут не пятьдесят, всё, ещё пахаем. Пол-полтораста. Вот это, это, Это усадьба, это моя будет. Через неделю моя будет. Вот и хорошо. Во, она моя. Соседи будем. Прошу любить да жаловать. А теперь вам пора домой. О! Вот это не ваш экипаж. Вероятно, Мирокум Давыдыч заранее прислал. Ой, да, она ждет меня. Я обещал решительный ответ привезти. Чего же решительнее? А ведь жаль мадам Купавину, плакать Будет. Аревуар! Аревуар, аревуар! Едва скрылся за деревлями Мурзавецкий, Как Лыняеву подошла Глафира. За ней следовал молодой человек развязного вида, Одетый, как приказчик. На нем был картуз с лакированным козырьком, Косоворотка, пиджак и высокие сапоги. Вот, Рекомендую, Грецкой Клавдии. А это Михаил Борисович Лыняев, Наш сосед, помещик. Я их знаю-с. Наденьте, пожалуйста. Ничего-с. Глафира Алексеевна, позвольте для вас какую-нибудь Подлость сделать. Вот странная просьба. Ничего не странная-с. Чем же я могу доказать? Нет, уж вы не мешайте. Глафира Алексеевна, хотите весь этот забор изломаю, Нет, зачем же? Как бы я для вас прибил бы кого-нибудь, Такую бы трепку задал веселую. Так ведь за это судить будут. А пущай их судят. Так ведь посадят. А посадят, сидеть будем. Глафира Алексеевна, прикажите какую-нибудь подлость Сделать. Да я уж, право, не знаю, Что б вам такое приказать. Зачем непременно подлость? Попросите его правду сказать. Ну вот, я попрошу вас правду сказать. Вы скажете? Какую правду? А какую спросим. Извольте. Все, что угодно. А если секрет? А хотя бы рассекрет. У меня своих секретов нет. А если какой чужой, так что за надобность мне Беречь его? Я для Глафиры Алексеевны Все на свете. Лыняев протянул Глафире письмо, взятое им утром у Купавиной. Спросите, кто это писал. Кто это писал? Спросите что-нибудь другое. А говорили, что все на свете. Да мне что ж? Я, пожалуй, только за это деньги заплачу. Сколько? Десять рублей. А если я дам Пятнадцать? А если дадите, скажу. Так вот, Возьмите. Покорно благодарю-с. Десять рублей назад отдам, скажу мало дали. Это я писальц. Вы? Ах же, Ну так Вы мне очень нужны будете. У вас есть свободное время? А у меня всегда свободное время. Хотите ехать ко мне сегодня же? Я вам и заплачу хорошо, и стол меня хороший, И вино какое угодно. С удовольствием-с. Ну что ж, Глафира Алексеевна, прикажите какую-нибудь Подлость сделать. Ведь вы уж сделали. Ух, велика ли эта подлость? Да еще за деньги. Простите же нескромный вопрос. Вы знали когда-нибудь разницу между хорошим делом и Дурным? Как вам сказать? Нет, хорошенько не знал-с. Так и не знаете? Да ведь это философия. Так нам где уж знать? Так чего же? Да семейство велико было. Ну так что же? шести лет надо было что-нибудь В дом тащить, голодных ребят кормить. Вас не учили. Как не учили? Учили. Ведь по-нашему учить это значит бить. Так учили и дома, и посторонние, Кому не лень, особенно пьяные приказные по улицам, Бывало, так и ловят мальчишек за вихры. Это для них первое удовольствие. Аж любопытно послушать. Так вы уж прямо ко мне отсюда, я вас С собой возьму. Слушаюсь. Я вас в конторе подожду. До свидания, Глафира Алексеевна. Ну, Довольны вы? Не могу выразить, как я вам благодарен. Я так рад, что готов прыгать и плясать, Как ребенок. Ребенком быть нехорошо. Будьте лучше юношей. Как же это? Держите свое слово. Какое? А любезничать со мной. Неловок я, Глафира Алексеевна. Что вам за радость, чтобы я в мои лета Шута разыгрывал? Ну немного. Ну, слегка. Ну, Как же любезничать? Прикажете хвалить ваши глазки? Нет, это глупо. Или по-русски, как парни с девками любезничают, И те очень просто, без церемоний. Нет, это слишком. А все-таки, пожалуй, лучше, чем говорить пошлости. Эко горе ваше, любезничать не Умеете, а любезничать надо. Ой. Ну ничего, Я вам помогу. Вот, Закутайтесь пледом. Вот так. Вот. Заткните уши ватой, а то сыро стало. Благодарю вас. Теперь скажите, Неужели вы в жизни не любили никого? Как не любить? Говорили вы что-нибудь с предметом Вашей страсти? Много говорил. Ведь я тогда был молод. Ну, вспомните теперь, что вы говорили. Это нетрудно. Я говорил одной блондинке, что Наши души еще до появления на земле были родные, Что они носились вместе по неоглядной вселенной, Э, порхали, как бабочки в лучах месяца. А другой что вы говорили? Другой, э, брюнетке я говорил, Что найму великолепную дачу, куплю пару верных Рысаков. Вот хорошо, этот разговор мне больше Нравится. Вот и продолжайте в том же духе. Я обещал ей горы золотые. Говорил, что не могу жить без нее. Хотел застрелиться, утопиться. А она что же? А она говорила: "Зачем вам Стреляться или топиться? Женитесь, вот и нечего больше беспокоиться". "Нет, говорил я, ангел, это для меня хуже, Чем утопиться". "Нуто, говорит, утопитесь, потому что я огорчать Мамашу и родных своих не хочу". Да, она была бедная девушка. Бедная. Так глупа. А вы что ж бы сделали на ее месте? Я? Я бы вам противоречить ни в чем не стала. Я взяла бы и дачу, и рысаков, и деньги. И все-таки вы бы женились на мне.