Дрозд-гитарист. Глава 2

Глава вторая. Дрозд прилетел на пруд и, пробравшись между кочками Поближе к воде, уселся там в ожидании, Не выйдет ли кто-нибудь из обитателей пруда к нему Навстречу. Он считал себя весьма важным барином в той местности И был уверен, что появление его на пруду, Конечно, не должно пройти незамеченным. Чтобы привлечь внимание лягушек, Которых пока нигде не было видно, Он решил спеть что-нибудь хорошенькое, Какой-нибудь романсик почувствительней и Помилодичней. На это он, нужно отдать ему справедливость, Был большой мастер. Иногда он даже сам сочинял романсы. И, вспорхнув на одну из веток, Склонившуюся над водой, он откашлялся, Простер вперед одно крыло и запел, Закатив глаза под самый лоб: "Вот мчится тройка почтовая по Волге-матушке зимой". Пел он необыкновенно хорошо, с чувством, И хотя немного картавил, но это нисколько не портило Дело, потому что, повторяю, никто не мог вложить Столько чувства в слова песни, Как он. При первых же звуках его голоса из воды около Самого берега высунулась голова пожилой лягушки в Круглых очках. Дрозд сделал вид, что не замечает лягушки, И продолжал петь еще с большим чувством, Чем начал. "Ямщик, уныло напевая, качает Буйной головой". Тут он на секунду умолк. Ему почему-то пришел на мысли странный вопрос: Зачем у ямщика голова буйная? И решив сейчас же, что, вероятно, Все ямщики буяны, он оставил эту песню и Запел другую: "По полю чистому, по бархатным Лугам". Он пропустил одно слово в этой песне, Но это опять-таки ничего. Не все ли равно, два раза надо сказать по Полю или один? Конечно, два раза лучше и правильнее. "Не так", сказала лягушка. Она вылезла совсем из воды, скакнула на кочку и Повторила, строго посмотрев на дрозда сквозь свои Очки: "Не так". И вдруг встала на задние лапки, Подбоченилась и, притопнув ногой, Проквакала, поводя плечами и подергивая всеми Своими членами, будто ее била лихорадка. "Все ликует, торжествует Вновь с весной, солнце греет, Зеленеет садик мой. Прилетели и запели птички в нем. Лишь проснется пчелка вьется над Цветком. Крошки, детки у беседки, где сирень, Все резвятся, веселятся целый день, Рвут цветочки, голосочки их звенят, Наполняя, оживляя юный сад. А ночною в нем порою у ручья Трели льются, раздаются Соловья". Лягушка кончила пенье и посмотрела на дрозда. Дрозд молчал. "Когда бы, сказал он хмуро, Когда бы у меня была гитара, То я тебе показал, стеклянные твои глаза, Как нужно петь". "Вот как нужно", проговорила лягушка. "А то что?" "Кабы гитара..." Опять так же пасмурно поглядев на нее, Заметил дрозд. "Чего?" Лягушка поправила свои очки и остановила более Внимательный взгляд на дрозде. "Гитары у меня нет, Вот что". Дрозд вздохнул. "Гитары? Ишь ты! протянула лягушка и закачала головой. Зачем тебе гитара?" "Да ведь я цыган". "Как цыган?" "А очень просто цыган. А ты кто?" "Я? Я здешняя помещица". Ну а я цыган, а мы, мы цыгане. Нам сейчас гитару и уж тогда Держись! И взглянув на лягушку исподлобья, Он спросил: "Нет ли у вас тут Инструментального мастера?" "Это насчет гитары?" В свою очередь спросила лягушка. "Да." Он опять скользнул по лягушке исподлобья мрачным Взглядом. "Без гитары никак не могу", И крякнул. Лягушка немного подумала. Я должен сказать, при этом у нее стало необыкновенно Противное лицо, когда она думала. Вся кожа сморщилась около глаз и около носа, И на подбородке, и можно было подумать, Что она вовсе не думает, а проглотила какой-нибудь Большой кусок, и кусок застрял у нее в глотке. Наконец она крякнула опять-таки так, Будто что-то через силу проглотила, И сказала: "Есть". "Инструментальщик?" "Да, инструментальщик". Лягушка все еще говорила с некоторым трудом, Заикаясь и словно давясь, словно каждое слово, Которое она произносила, застревало у нее в гортани. Дело в том, что она не могла сама решить, Сумеет ли этот инструментальщик сделать гитару. И, говоря с дроздом, продолжала мысленно обсуждать Способность инструментальщика. "Так скажите-ка этому инструментальщику, Чтобы он вылез ко мне", сказал дрозд. "Видите", заговорила лягушка, "этот Инструментальщик один здешний рак. Он делает из камышей дудки для наших ребят, Очень хорошие дудки. И думаю, что он, может быть, устроит вам гитару. Он хороший парень и дельный мастер". "Тогда говорю же вам", повторил дрозд, "квакните-ка ему, чтобы он вылез". "Сейчас". Лягушка скакнула поближе к воде и закричала: "Эй, Лукич!" Умолкла на минутку и опять квакнула: "Лукич, Где ты там запропастился? Иди-ка сюда, Заказчик спрашивает". Потом она перебралась на прежнее место. "Сейчас приползет", сказала она дрозду. Действительно, спустя сравнительно короткое время из Воды на берег вылез рак. Он поглядел на лягушку, потом перевел глаза на Дрозда и опять уставился на лягушку и пошевелил Длинными усами. "Ну?" "Заказчик, говорю", Сказала лягушка. "Где?" И предполагая, что заказчик, вероятно, Не кто другой, как дрозд, рак повел глазами в Его сторону и спросил его: "Это вы будете заказчик?" "Я". "Насчет дудочки?" "Нет, мне нужно гитару". Рак вытаращил глаза. Впрочем, это не совсем правильно вытаращил. Глаза у него были и без того вытаращены, Он словно выдвинул их из футляров. Они высунулись, как два карандашика, Готовые записать всякое слово, Которое скажет дрозд. "Да, гитару", повторил дрозд. "Хм, это, Это, как вам сказать", забормотал рак. "Да, это..." И вдруг он умолк и, медленно приподняв клешню, Пошевелил ею в воздухе. "Это можно", сказал он. "Можно?" "Сделаю", ответил рак. "Сказал сделаю, значит, и сделаю". И хлопнул себя клешней по боку. "Из самого себя сделаю". "Что? воскликнул дрозд. Как это?" "А уж будьте покойны, прилетайте сюда через Несколько дней". И не сказав больше ни слова, рак стал пятиться Задом к воде. Глаза его были по-прежнему вытаращены, Но в них напрасно вы стали бы искать какое-либо Выражение. Глаза были как янтарные палочки, Точно кто-то вколотил раку эти палочки в лоб, В то место, где должны быть глаза. И он так на всю жизнь и остался с Этими палочками-глазами.