День шестой, Чт. 8

Новелла восьмая. Фреско советует своей племяннице не смотреться в Зеркало, если, как она говорила, Ей неприятно видеть людей противных. Новелла, рассказанная Филострато, на первых порах Слегка уязвила стыдом сердце слушавших дам, Знаком чего был стыдливый румянец, показавшийся на Их лицах. Затем, переглядываясь друг с другом, Едва удерживаясь от смеха, они, хихикая, Дослушали рассказ. Когда он пришел к концу, Королева, обратясь к Гимеле, велела ей продолжать. И она начала, глубоко переводя дух, Точно недавно проснулась. Милые девушки, так как продолжительное раздумье Усиленно и долго держало меня вдали отсюда, Я, повинуясь королеве, обойдусь новеллой, Быть может, более краткой, чем бы то сделала, Если бы была здесь духом, и расскажу вам о Глупом заблуждении одной девушки, которой шутливым Словом исправил бы ее дядя, если бы она была В состоянии понять его. Итак, у одного человека по имени Фреско да Челатико Была племянница, которую звали уменьшительно Ческа. Хотя она была красива станом и лицом, Не из тех, впрочем, ангельских лиц, какие мы нередко Встречаем, она считала себя таковой и столь Превосходной, что у нее вошло в обычай порицать Мужчин и женщин, и все, что она ни видела, Вовсе не принимая в расчет самое себя. А была она тем неприятнее, докучливее и придирчивее Всякой другой, что ничего нельзя было сделать ей по Нраву. К тому же она была столь надменна, Что если бы даже она происходила из французского Королевского рода, того было бы слишком. Когда она шла по улице, обнаруживала такую Горливость, что ничего другого не делала, Как только морщилась, точно воняло от всякого, Кого она видела или встречала. Не говорю о многих других неприятных и противных ее Выходках. Случилось однажды, что вернувшись домой, Где был и Фреско, сев с ним рядом и Кривляясь, она то и делала, что отдувалась, Вследствие чего Фреско спросил ее: "Что это значит? Ческа, что сегодня праздник? А ты так скоро вернулась домой". На это она, вся исходя жиманством, Ответила: "То правда, что я вернулась скоро, Но не воображала же я, чтобы в этом городе Мужчины и женщины могли быть так неприятны и Невоспитанны, как теперь. Нет ни одного похожего на улице, Который не был бы мне противен, Как лихо. И нет, я думаю, на свете женщины, Которой было бы досаднее видеть неприятных людей, Чем мне. Так, чтоб не видеть их, Я так скоро и вернулась". Фреско, которому страшно не нравились презрительные Ухватки племянницы, отвечал ей на это: "Дочь моя, если тебе так не нравятся неприятные Люди, как ты это говоришь, и ты желаешь жить Весело, не глядись никогда в зеркало". Но та, которая была пустей тростника, А мудростью мнила сравниться с Соломоном, Поняла смысл остроты Фреско не лучше, Чем то сделал бы баран. Напротив того сказала, что станет глядеться в Зеркало, как и другие. Так она и осталась при своей дурости, И теперь еще остается.