День шестой, Чт. 9

Новелла девятая. Гвидо Кавальканти язвит под видом Приличной шутки нескольких флорентийских дворян, Заставших его врасплох. Когда королева заметила, что Емелия отбыла свою Новеллу и что никому не осталось рассказывать, Кроме нее, за исключением того, кто пользовался Льгот и говорить последним, она начала так: "Прелестные дамы! Хотя сегодня вы предвосхитили у меня более двух Новел, из которых я намеревалась рассказать вам Какую-нибудь, тем не менее у меня осталась для Сообщения одна, в заключение которой есть такое Острое слово, что столь глубокомысленного еще не Было сказано. Итак, вы должны знать, что в прежние времена были В нашем городе очень хорошие и похвальные обычаи, Из которых ныне не осталось ни одного благодаря Любостяжанию, развившемуся в нем вместе с Богатствами и всех их изгнавшему. В числе их был и такой, что по разным Местностям Флоренции собирались именитые граждане Соседних улиц и составляли общество из известного Числа лиц, наблюдая, чтобы принимались лишь такие, Которые были бы в состоянии надлежащим образом Понести расходы. Сегодня один, завтра другой и так все по порядку Держали стол, каждый в свой день для всего общества, Причем часто угощали именитых чужеземцев, Когда таковые приезжали, а также и других граждан. Точно так же, по крайней мере, раз в году Они являлись одетыми на один лад. В некоторые особые дни разъезжали вместе по городу, Иногда устраивали военные игры, Преимущественно в главные праздники или когда Приходила в город какая-нибудь радостная весть о Победе или о чем другом. В числе подобных обществ было и общество мессера Бето Брунеллески, в которое мессер Бето и его Товарищи очень старались привлечь Гвидо, Сына Кавальканти деи Кавальканти. И не без причины, ибо не говоря о том, Что он был из лучших логиков на свете и Отличный знаток естественной философии, До чего обществу мало было дела, он был и Приятнейший человек хороших нравов и прекрасный Собеседник. И что бы он ни пожелал сделать, Что пристало порядочному человеку, То он умел сделать лучше всякого другого. К тому же был он очень богат и как Умел почтить всякого, кто, по его мнению, Был того достоин, того и не выразить словами. Но мессеру Бето никогда не удавалось залучить его, И он со своими товарищами полагал, Что происходило это от того, что Гвидо, Нередко отдаваясь своим мыслям, сильно чуждался Людей. А так как он держался отчасти учения Эпикурейцев, говорили в простом народе, Что его размышления состояли лишь в искании, Возможно ли открыть, что Бога нет. Случилось однажды, что, выйдя из Орто Сан-Микеле и Пройдя до Корсо дельи Адимари, Которым он часто хаживал к Сан-Джованни, Где кругом были большие мраморные гробницы, Что ныне в Санта Репарата и многие другие, Гвидо очутился между находящимися там колоннами из Порфира, теми гробницами и дверями Сан-Джованни, Которые были заперты, когда мессер Бето и общество, Проезжая верхом по площади Санта Репарата, Завидели Гвидо между теми гробницами и сказали: "Пойдем поддразним его". Пришпорив коней, они как бы в потешном набеге почти Наскакали на него, прежде чем он заметил, И стали говорить ему: "Гвидо, ты отказываешься быть в нашем обществе, Но скажи, когда ты откроешь, что Бога нет, То что же из этого будет?" На это Гвидо, видя себя окруженным, Тотчас же сказал: "Господа, вы можете говорить мне у Себя дома все, что вам угодно". Опершись рукой на одну из тех гробниц, а они Были высокие, будучи очень легким, Он сделал прыжок, перекинулся на другую сторону и, Освободясь от них, удалился. Те остались, переглядываясь друг с другом, И стали говорить, что Гвидо выжил из ума, Ибо то, что он ответил, не имеет никакого смысла, И там, где они обретаются, у них дела не Более, чем у всех других граждан, и у Гвидо Не менее, чем у кого-нибудь из них. На это, обратившись к ним, мессер Бето сказал: "Сами вы выжили из ума, коли не поняли его. Он вежливо и в немногих словах сказал нам величайшую В свете грубость. Ибо если вы хорошенько поразмыслите, эти гробницы Жилища мертвых, так как в них кладутся и покоятся Мертвые, а он говорит, что это наш дом, Дабы показать нам, что мы и другие простецы и Неученые сравнительно с ним и другими учеными людьми Хуже мертвых и потому, находясь здесь, Обретаемся у себя дома". Тогда все поняли, что хотел сказать Гвидо, И, застыдившись, никогда более не приставали к нему, А мессера Бето считали с этих пор проницательным и Умным человеком."