День седьмой, Чт. 1

День седьмой. Кончен шестой день Декамерона и начинается седьмой, В котором под председательством Дионео рассуждают о Шутках, которые из-за любви либо во свое спасение Жены проделывали над своими мужьями, Было ли то им в домек или нет. Уже все звезды удалились с восточной части неба, Кроме одной, которую мы называем Луцифером, Еще светившей в белесоватой заре, Когда сенешаль, поднявшись, отправился с большим Обозом в долину Дам, чтобы там все устроить согласно С распоряжением и приказом, полученным от своего Господина. После его ухода не замедлил встать и Король, которого разбудил шум вьючивших людей и Лошадей. Встав, он поднял заодно и дам, И молодых людей. Лучи солнца едва пробивались, Когда все пустились в путь. Никогда еще, казалось им, соловьи и другие птички не Пели так весело, как в то утро. Сопровождаемые их песнями, они дошли до долины Дам, Где их встретило еще большее количество птичек, Радовавшихся, казалось, их прибытию. Когда они обошли долину и снова осмотрели ее, Она показалась им еще красивее, чем в прошлый день, Потому что время дня более соответствовало ее Красоте. Разговевшись хорошим вином и печеньем, Они принялись петь, дабы не отстать от птичек, И долина пела вместе с ними и всегда вторя Песням, которые они сказывали. А все пташки, точно не желая быть побежденными, Присоединяли к ним новые сладкие звуки. Когда настало время трапезы, столы поставлены были Под свежими лаврами и другими красивыми деревьями Поблизости озерка. Все расселись по благоусмотрению короля и за едой Смотрели, как рыба ходила в озере большими стаями, Что давало им повод не только поглазеть, Но и побеседовать. Когда трапеза подошла к концу и убраны были кушанья И столы, они, развеселившись пуще прежнего, Принялись петь. А так как в разных местах маленькой Долины были устроены кровати, которые разумный Сенешаль распорядился окружить с боков и сверху Французской саржей, можно было затем пойти и Спать. А кто спать не хотел, мог сколько угодно Пользоваться обычными им удовольствиями. Но когда настал час, что все уже встали и Пора было приняться за рассказы, велено было, По приказанию короля, разослать ковры неподалеку от Места, где они трапезовали. Все уселись вблизи озера, а король велел Емилии Начать. Она так начала, весело улыбаясь. Новелла первая. Джиани Лотарингский слышит ночью стук в дверь, Будит жену, а она уверяет его, что это привидение. Они идут произнести над ним заговорную молитву, И стук прекращается. Мне было бы приятно, мой повелитель, Если бы на то было ваше согласие, чтобы не Я, другой начал рассказывать о таком прекрасном Предмете, каков тот, о котором нам придется Беседовать. Но так как вам угодно, Чтоб я ободрила всех других, я сделаю это охотно. И я постараюсь, дорогие дамы, рассказать вам нечто, Что в будущем может быть вам на пользу. Ибо если все так трусят, как я, Особенно привидения, которых знает Бог, Не я, что они такие, да я еще не Встречал никого, кто бы то ведал, Хотя все мы одинаково их боимся. Вы, хорошенько уразумев мой рассказ, Можете научиться святой хорошей молитве, Очень помощной в таких случаях, Дабы отогнать привидение, если бы оно к вам явилось. Жил когда-то во Флоренции, в улице Святого Бранкацио, один прядельщик по имени Джиани Лотарингский, человек, более искусный в своем деле, Чем разумный в других, ибо он был недалекий. Часто выбирали его старшиной духовного братства Санта Мария Новелла, упражнениями которого он должен Был руководить, и много подобных местечек он нередко Занимал, что заставляло его возомнить о себе. А доставались они ему потому, что как человек Состоятельный он часто задавал монахам хорошие Угощения, а за то, что один выманивал у него Порою носки, этот капюшон, тот наплечник, Они научали его хорошим молитвам, дарили ему "Отче Наш" на итальянском языке, стихи о святом Алексее, "Плач святого Бернарда", "Похвалу Доне Матильде" и Другие подобные вещи, которые он высоко ценил и все Старательно хранил во спасение своей души. Была у него супруга, красивейшая, Прелестная женщина по имени Мона Теза, Дочь Мануччо дала Кукулья, умная и очень Проницательная. Познав простоту мужа и будучи Влюблена в Федериго ди Нери Пиколотти, Красивого и здорового юношу, равно влюбленного в Нее, она устроила при посредстве своей служанки, Чтобы Федериго пришел побеседовать с нею в одно Очень красивое поместье, которое было у сказанного Джиани в Камерате, где она проводила все лето. А Джиани являлся туда иногда к ужину и на Ночлег, утром возвращаясь в лавку либо к своему Братству. Федериго, сильно того желавший, Выбрал время в назначенный ему день и под вечер Отправился туда. А так как Джиани вечером не явился, Он с большим удобством и удовольствием поужинал и Переночевал с дамой. Она же, находясь в его объятиях, научила его в Течение ночи шести молитвенным славословиям своего Мужа Но так как она не рассчитывала, Чтобы эта ночь была последнею, как была первой, Да и Федериго тоже, они, дабы служанке не ходить За ним всякий раз, условились так, Чтобы каждый день, когда она пойдет в свое поместье, Лежавшее несколько повыше, или будет оттуда Возвращаться, он обращал внимание на виноградник, Бывший рядом с ее домом. Коли увидит ослиный череп на одном из шестов Виноградника и он мордой обращен будет к Флоренции, Пусть без опаски и сомнения явится к ней вечером Под ночь, и если не найдет дверь открытой, Пусть три раза тихонько постучится, она отворит ему. Если же увидит, что череп обращен мордой к Фьезоле, Пусть не приходит, ибо Джиани тут. Поступая таким образом, они много раз сходились Вместе. Случилось, между прочим, Однажды, что когда Федериго должен был ужинать с Моной Тессой и она велела сварить двух жирных Каплунов, Джиани, который не должен был приехать, Явился очень поздно. Дама очень огорчилась этим. Он и она поужинали немного солониной, Которую она распорядилась сварить особо, А служанке она велела отнести в белой салфетке двух Вареных каплунов и несколько свежих яиц, И бутыль хорошего вина в сад, куда можно было Пойти, минуя дом, где она иногда ужинала с Федериго. И она наказала ей положить все это у подошвы Персикового дерева на краю лужка. Таковую она ощущала досаду, что позабыла приказать Служанке подождать, пока придет Федериго, И предупредить его, что Джиани здесь, А чтобы те вещи он забрал из сада. Вследствие этого, когда она с Джиани легла в Постель, равно как и служанка, не прошло много Времени, как явился Федериго и раз тихонько Постучался в дверь, которая была так близко от Комнаты, что Джиани тотчас же это услышала, Так же и его жена. Но дабы Джиани не мог возыметь к ней подозрения, Она представилась спящей. Немного погодя Федериго постучался во второй раз. Удивленный этим, Джиани слегка толкнул жену и Сказал: "Тесса, слышишь ли ты, Что слышу я? В нашу-то дверь, кажется, Стучатся". Жена, слышавшая то гораздо лучше его, Притворилась, будто проснулась, и сказала: "Что Такое? Что ты говоришь?" "Я говорю, сказал Джиани, что в нашу дверь, Кажется, стучатся". Жена сказала: "Стучатся? Увы, мой Джиани, ты разве не знаешь, что это Такое? Это привидение, от которого я в эти ночи Набралась страху больше, чем когда-либо. Такого страху, что когда я услышала его, Запрятала голову и не осмелилась высунуть ее, Пока не рассвело". Тогда Джиани сказал: "Ничего, жена, не бойся, если это и так. Ибо когда мы ложились в постель, я прочитал наперед Te, Lucis и Intermerata, еще Несколько других хороших молитв, да еще перекрестил Постель из конца в конец во имя Отца и Сына и Святого Духа, так что нечего бояться, Чтобы оно могло повредить нам, какова бы ни была Его сила". Но жена, дабы Федериго не возымел как-нибудь другого Подозрения и не поссорился с ней, Решилась совсем встать и дать ему понять, Что Джиани здесь. И она сказала мужу: "Хорошо, ты сказывай свое, а я со своей стороны Не сочту себя покойной и безопасной, пока мы не Заговорим его, так как ты, кстати, Здесь". Говорит Джиани: "А как его заговаривают?" Жена отвечала: "Я-то хорошо знаю, Как его заговорить. Ибо позавчера, когда я прошла в Фьезоле на отпуск, Одна из тех странниц, уж такие-то они святые, Господь тебя в дом завели, мой Джиани, Увидела, что я такая боязливая, Да и научила меня святой хорошей молитве и сказала, Что много раз испытала ее, пока еще не была Странницей, и всегда ей помогала. Но Господь свидетель, у меня никогда не хватило бы Смелости пойти одной испытать ее. Теперь, когда ты здесь, пойдем-ка, заклинём Привидение". Джиани сказал, что очень охотно. Встав, они вдвоем тихонько подошли к двери, У которой снаружи ждал, уже исполнившись подозрения, Федериго. Когда они приблизились, жена говорит Джиани: "Плюнь, когда я скажу тебе". А Джиани отвечал: "Ладно". И жена начала заговор и сказала: "Призрак, Призрак, что по ночам бродишь, подняв полы, Пришел, подняв и уходишь, ступай в сад к толстому Персиковому дереву. Найдешь у подошвы сальное рассольное сто катышков Из-под моей курицы. Приложись к бутыли и прочь ступай, а меня и Моего Джиани не замай". Проговорив это, она сказала мужу: "Плюнь, Джиани". Джиани сплюнул. Федериго, находившийся снаружи и все это слышавший, Позабыл о ревности, и хотя его раздирала досада, У него явилось такое желание рассмеяться, Что он чуть не лопнул. И когда Джиани плевал, он тихо подсказывал: "Выплюй зубы". Заговорив таким образом трижды привидение, Жена с мужем вернулась в постель. Федериго, рассчитывавший поужинать с нею и не Ужинавший, хорошо уразумев слова заговора, Пошел в сад и, найдя под толстым персиковым деревом Двух каплунов, вино и яйца, отнес их домой и Поужинал со всеми удобствами. Когда в другие разы он сходился со своей милой, Он много смеялся с нею над этим заклинанием. Правда, другие рассказывают, что она в самом деле Повернула ослиный череп в сторону Фьезоле, Но один работник, проходя по винограднику, Ударил по нем палкой и заставил его завертеться. Он и остался повернутым к Флоренции, потому Федериго, вообразив, что его зовут, и явился туда. Говорят также, что жена произносила заговор таким Образом: "Призрак, призрак, ступай с Богом. Не я ослиный череп поворотила, А другой, чтоб ему пусто было. Оставь меня с Джиани милым". Поэтому он ушел, оставшись без ночлега без ужина. Но одна моя соседка, женщина очень старая, Говорит мне, что то и другое правда, Как она узнала, будучи девочкой, но что последнее Случилось не с Джиани Лотарингей, А с неким человеком по имени Джиани ди Не, Жившим у ворот Сан-Пьеро и не менее совершенным Дурнем, чем Джиани Лотарингей. Потому, дорогие мои дамы, от вашего выбора зависит Принять из двух заговоров, какой вам более нравится. Или, если хотите, и оба. Они обладают высокой силой в подобных случаях, Как вы услышали на опыте. Научитесь им, это может еще сослужить вам службу.