Я убит подо Ржевом

Я убит подо Ржевом в безымянном болоте, В пятой роте на левом При жестоком налете. Я не слышал разрыва, я не видел той вспышки. Точно в пропасть с обрыва, и ни дна, Ни покрышки. И во всем этом мире До конца его дней Ни петлички, ни лычки с гимнастерки моей. Я где корни слепые ищут корма во тьме, Я где с облачком пыли ходит рожь на холме, Я где крик петушиный на заре по росе, Я где ваши машины Воздух рвут на шоссе, где травинку к травинке Речка травы прядет, Там, куда на поминки Даже мать не придет. Подсчитайте живые, Сколько сроку назад Был на фронте впервые назван вдруг Сталинград. Фронт горел, не стихая, как на теле рубец. Я убит и не знаю, наш ли Ржев наконец. Удержались ли наши Там на Среднем Дону? Этот месяц был страшен. Было все на кону. Неужели до осени был за ним уже Дон? И хотя бы колесами к Волге вырвался он. Нет, неправда, задачи той не выполнил враг. Нет же, нет! А иначе даже мертвому как? И у мертвых безгласных есть отрада одна: Мы за Родину пали, но она спасена. Наши очи померкли, пламень сердца погас. На земле на поверке выкликают не нас. Нам свои боевые не носить ордена. Вам все это, живые. Нам отрада одна, Что недаром боролись Мы за Родину-мать. Пусть не слышен наш голос, вы должны его знать. Я убит подо Ржевом.