Когда я был щенком

Когда я был щенком и верил в грёзы детства, Усатым трубачом себя воображал. Едва заслышав звук военного оркестра, С ватагою дружков я вслед за ним бежал. Ах, как хорошо! Ать, два, руки, Ноги, голова. Душу выдуваем ртом, поднимая пыль столбом. Лупим, не жалея ног, чередуя выдох, Вдох, чтоб по жизни прогреметь, Как первый гром. Сбываются мечты. Вокруг моей фигуры обвился, как удав, Красавец Геликон. Я музыкой пленил прелестную натуру, И руки нам спаял товарищ Мендельсон. Ах, как хорошо! Ать, два, руки, Ноги, голова. Душу выдуваем ртом, поднимая пыль столбом. Лупим, не жалея ног, чередуя выдох, Вдох, чтоб по жизни прогреметь, Как первый гром. Когда последний марш в последний путь поманит, Когда меня свезут в одно из тихих мест и Развернут лицом туда, где солнце встанет, Пусть грянет надо мной подвыпивший оркестр. Последний солнца всплеск на меди догорает. Последние шаги притихнут и замрут. Уходит мой оркестр, но, звуки догоняя, За музыкою вслед мальчишки побегут. Ах, как хорошо! Ать, два, руки, Ноги, голова. Душу выдуваем ртом, поднимая пыль столбом. Лупим, не жалея ног, чередуя выдох, Вдох, чтоб по жизни прогреметь, Как первый гром.