Исповедь сторажевого пса

Путь от воли до неволи, из тепла да в Холод. Перейдёшь гораздо лучше, Коль здоров да молод. Папа мой был из тех, кто гулял по воле, И кормили клыки и в лесу, и в поле. А я в вольере сижу и как скот в Загоне я бродяг сторожу на запретной зоне. Я и в колки в него, да и злостью В батю. Вольный дух той родни здесь я не Растратил. Сдали нервы вчера. Злобный стал я что-то или работа не та, Сучья работа. А до леса рукою подать от зоны. Но как войти мне в него? Там свои законы. Я для них просто пёс, да по масти красный. Прикрываться ж отцом, бить понты напрасно. И больше нет моих сил охранять колючку. Я вчера учудил всё от жизни сучьей. Так завыл на луну от душевной раны, Разбудил старшину, пуганул охрану. Но сколько можно пугать тех, кто в робах рядом? И стала жизнь не в сласть. Делать ноги надо. Там в лесу разложу всё как есть ребятам, А те поймут иль порвут. Но делать ноги надо. И как будто с небес на меня везение. Вдруг рывок прямо в лес через оцепление и меня С поводка, мол, давай, полкаша. Я ж клыками сверкнул, что ж, мол, Воля ваша. И я понесся за ним, Словно за надеждой, чуя адреналин аж поверх Одежды. Да ты не бойся теперь оба мы в Опале. Ты к себе, я к себе. И поминай, как звали. Ты не бойся теперь оба мы в опале. Ты домой, а я в лес, и поминай, Как звали.