КАА Ей

Когда ночь на исходе и близок рассвет, Когда сказки уходят и хочется ведь жить в реальном Кругу и рваться ввысь, и твердить: "Я могу". Тогда это жизнь. Да не просто твердить, а отринув звездеж, Мир реально творить, сколь есть силы. Что ж, что порой нужна помощь того, Для кого сотворить готов точно много всего. Вот такие вот мысли, такие дела. Очень хочется ввысь, закусив удила, Обрывая шлеи, отрицая запрет. Где вы, крылья мои? Схлопнулись? Нет. Раскрываю. Взлетаю. Смотрите, лечу. Я хочу этой девочке счастье дачу. Вот пришла и столкнула. Что ты сидишь? Закисаешь тут сдуру, молчишь иль ворчишь, Будто старый бурчун. Очнись и проснись! Я пришла. Начинается новая Жизнь. Вот пришла и сказала: "Я рядом, Поверь. Буду рыкать на все, а душою апрель. Потерпи, я оттаю сухарной душой. Помоги, я такой же и близко с тобой". Я люблю тебя, Таня. Странно и больно. Что же делать мне с этой-Волшебной любовью? Жить, жить. Беситься от ревности стервы и беречь твои Хрупкие струночки нерв. Свою ревность гасить, утопляя в заботе. И любить, и любить, сколь могу, На излете. Я люблю тебя трудно, волнующе, Больно. Я люблю тебя трудно, волнующе, Больно. Я люблю тебя, и мне Богом дозволено Многое. Дозволено многое. Ради этой любви я люблю тебя. Я люблю люблю тебя трудно, волнующе, Больно. Я люблю тебя, и мне Богом дозволено Многое. Дозволено многое. Ради этой любви я люблю тебя. Я люблю тебя, Таня. И встречно горю и мерцаю.