Просто не Просто

Просто непросто вышел подышать воздухом. Страшно, не страшно неважно нам. Там в хлам, там в треск, блеск, Лоск, там дам и трон, и голос произносит тост. Там скрип досок, рельсы старых повозок, Паровозов частных, возивших боссов. Волосы такого же цвета, как и простыни. Там пот рабочих, работавших часами поздними над Узорами грозными слоновой кости. А на бал здесь толпами ходили в гости, Танцевали вальсы. Король думал о юности, плёл узелки на дни для Пущей точности. Верил в вечность, но болезни и так уже отняли Спокойствие, полжизни. Смотрел сквозь линзы на юных дам капризных, Вертевшихся в танце, так и сяк с визгом. Потом кавалеры по своим имениям, Неся повод для бесед глупым сплетникам, Развозили барышень в своих каретах. Король слышал лишь молчание в ответах. А вот в этих стенах, подвале замка разговорчивые Быстро становились замкнутыми. Вследствие аутизма грызли прутья зубами, Сходили с ума, бились о стены лбами и под Конвоем шли, считая кирпичи, в лес на восток, Где их ждали палачи. В ящики заживо давали места VIP. В тишине музыкой был ногтей скрип. Не слышали всхлип, не видел никто капель, Но имена и дальше заносили в табель. Пресекла всё оргия распятия. Здесь были они, здесь их проклятие. Мрамор отражал мерцание свечей тусклое. Эти двери кому-то казались узкими. Мускулы сводило от улыбок на лице. Голос срывался то и дело на фальцет. На том крыльце бокалы и манерный хохот знаки Подавали в материи из хлопка. Шёпотом, негромко резали перепонки, Взгляды протыкали спины вдогонку незнакомых. Шарм и каблуки отдавали блеском крахмаленные парики. Под ноги лепестки, сиди на песке. Золотая клетка, музыка тоски. Контуры, арабески, детство, запахи простыней. Февраль в Венеции, как в полуденный зной, Был путь в Версаль. Отравил, казалось, найденный Грааль. Мой король, ты солнце, спаси от ереси! Подползали на коленях, целуя перстни. Еtre et la merci. Забудь, прости. Пальцы, судороги, Рукава в крови. Ночь была из слез и молитв высоткан. Рано утром пришли обстригать локоны. Вот они, беспощадный святой народ. Деревянные ступени ведут на эшафот. На лица падали тени распятий, а плечи опускались под Стуки капель. Я не хочу идти, стреляй в затылок. Я убегу, пока осень не остыла. На лица падают тени распятий, а плечи опускались под Стуки капель. Я не хочу идти, стреляй в затылок. Я убегу, пока осень не остыла, Пока осень не остыла, пока осень не остыла. Кто ж тут? Это кто ж нам пожаловал, Панове? Что почтенный господин изволит?