Блатная песня (Посвящение Аркадию Северному)

Приехал в город я молоденьким мальчишкой. Мне было Очень мало лет. Простился с мамой и сестреночкой Галиной И сел на белоснежный пароход. В Одессу пришли мы очень скоро. Пошел я наниматься на завод, Но надман Розенблюм из Могилева Сказал, что для меня работы нет. Ах нет, как нет? Тогда связался я С дурной компанией И научился с нею водку пить. Что ты? Завел я дружбу с шулерами и Ворами. И даже начал я табак курить. Эх, однажды проигрался крепко в Карты. За мной остался Очень крупный долг. Воры сказали: Ты пойдешь с нами на дело. Я побледнел, но все-таки Пошел. Я Помню, как в ту ночь стоял на стреме. Мы брали ювелирный магазин. Помнишь? Колец мы взяли рыжих бриллиантов. И каждый свою долю получил. Потом всю ночь мы в Ресторации гудели. Оркестр Йозефа для нас танго играл. Мы пили, ели, пили и ели И посуду били. А я брюнетку Раю обжимал. Потом на дело Стал ходить я часто. Менты меня боялись как огня. В Одессе маме, Одессе маме и в Ростове Папе. Эх, каждый жулик и мазурик знал Меня. И вскоре стал я уважаемым бандитом. Вставали все, когда входил в пивной я зал, И даже популярный хопца смыком, Смыком собственноручно мне руку Пожимал. Но вдруг случилась беда большая. На нашу хазу Вышла ОББ отдел по борьбе с бандитизмом. Ну, заложила падла Рая, Пусть бульно будет ей теперь лежать в гробе. Легавые наехали бесшумно, Бесшумно и стали нас тихонько Окружать. Что ты, а Костя Боц повел себя не шибко Умно И начал из нагана в них Пулять. Легавые кричали нам: Сдавайтесь! Четыре с боку и, дескать, ваших нет. Я отвечал им: Эй, мосье, мосье, Не зарывайтесь. При этом заряжая свой черный Пистолет. Потом нас все-таки немножко повязали И до суда определили в Камере. Я там сидел в такой тоске, Тоске, печали. Ах, как в бессмертной опере "Пезе". А на суде все стало очень Худо, Когда судья зачел мой приговор. Эх, пятнадцать лет кошмарно строгого режима. Уж был доволен, Падла, прокурор. И вот я еду В Сибирь в командировку. Мне очень больно это сознавать. А конвоир, а конвоир держит в руках Винтовку и мне мешает С поезда хилеть. Ах, здравствуй, мама, здравствуй, Мама дорогая! Привет сестреночке Галине передай. Ах, если бы не эта падла Рая, Мы сейчас с тобою Кушали бы чай. Миш, ты как Аркадий Северный. А? Нормально, Миша. Это очень странная песня. Это просто-Миша, работаешь на отношение. Я знаю, да, у меня не все в харике. Будем тренироваться. Вероятно. Это не важно даже. Это просто песня, написанная из уважения к Аркадию Северному. Ну, поехали в рок-н-ролл.