По-родственному, Чт. 5

Арина Петровна осталась по-прежнему в Головлеве, Причем, разумеется, не обошлось без семейной Комедии. Иудушка пролил слезы и умолил доброго друга Маменьку управлять его имением безотчетно, Получать с него доходы и употреблять по своему Усмотрению. "А что вы мне, голубушка, из доходов уделите? Я всем, даже малостью, буду доволен". Напротив того, Павел поблагодарил мать холодно, Точно укусить хотел, тотчас же вышел в отставку, Так, без материнского благословения, Как оглашенный, и выскочил на волю и поселился в Дубровине. С этих пор на Арину Петровну нашло Затмение. Тот внутренний образ порфишки, Кровопивца, который она когда-то с такою редкою Проницательностью угадывала, вдруг словно туманом Задернулся. Казалось, она ничего больше не понимала, Кроме того, что, несмотря на раздел имения и Освобождение крестьян, она по-прежнему живет в Головлеве и по-прежнему ни перед кем не Отчитывается. Тут же под боком живет другой сын, Но какая разница? Тогда как порфиша и себя, и семью всю вверил Маменькиному усмотрению, Павел не только ни о чем с Ней не советуется, но даже при встрече как-то сквозь Зубы говорит. И тем больше затмевался ее рассудок, Тем больше раскипалось в ней сердце ревностью к Ласковому сыну. Порфирий Владимирович ничего у ней не просил, Она сама шла навстречу его желаниям. Мало-помалу она начала находить недостатки в фигуре Головлевских дач. В таком-то месте чужая земля врезалась в дачу. Хорошо было бы эту землю прикупить. В таком-то месте можно бы хуторок отдельно устроить, Да покосу мало, а тут по смежности и покосит Продажный есть. Ах, хорош покос! Арина Петровна увлекалась и как мать, как хозяйка, Желающая выставить во всем блеске свои способности Перед ласковым сыном. Но Порфирий Владимирович словно в непроницаемую Скорлупу схоронился. Напрасно Арина Петровна соблазняла его покупками. На все ее предложения приобрести такой-то лесок или Такой-то покосец он неизменно отвечал: "Я, добрый друг маменька, и тем доволен, Что вы по милости вашей мне пожаловали". Ответы эти только разжигали Арину Петровну. Увлекаясь, с одной стороны, хозяйственными задачами, С другой полемическими соображениями относительно Подлеца Павлушки, который жил подле и знать ее не Хотел, она совершенно утратила представление о своих Действительных отношениях к Головлеву. Прежняя горячка приобретения с новой силою овладела Всем ее существом, но приобретения уже не за свой Собственный счет, а за счет любимого сына. Головлевское имение разрослось, Округлилось и зацвело. И вот, в ту самую минуту, когда капитал Арины Петровны до того умалился, что сделалось почти Невозможным самостоятельное существование на Проценты с него, Иудушка при самом почтительном Письме прислал ей целый тюк форм счетоводства, Которые должны были служить для нее руководством на Будущее время при составлении годовой отчетности. Тут рядом с главными предметами хозяйства стояли Малина, крыжовник, грибы и так далее. По всякой статье был особенный счет приблизительно Следующего содержания