По-родственному, Чт. 11

Иудушка живет? Спросил наконец сам больной. Что ему делается? Живет да поживает. Чай, думает: вот братец Павел умрет, И еще, по милости божией, имение-то мне достанется. И все когда-нибудь и умрем, и после всех имения Пойдут законным наследникам. Только не кровопивцу! Собакам выброшу, а не ему. Случай выходил отличный. Сам Павел Владимирович заговаривал. Арина Петровна не преминула воспользоваться этим. Надо бы подумать об этом, мой друг, Сказала она, словно мимоходом, не глядя на сына и Рассматривая на свет руки, точно они составляли в Эту минуту главный предмет ее внимания. Об чем об этом? А вот хоть бы насчет того, если ты не Желаешь, чтоб брат имение твое осталось. Больной молчал, только глаза его неестественно Расширились, и лицо все больше и больше рдело. Можно бы, друг мой, и то в соображение взять, Что у тебя племянницы-сироты есть. Какой у них капитал? Ну и мать тоже, продолжала Арина Петровна. Все Иудушке спустить успели. Как бы то ни было, знаю, что сама виновата. Да ведь и не бог знает какой грех. Думала тоже, что сын. Да и тебе бы можно не попомнить этого матери. Молчание. Что же, скажи хоть что-нибудь. А вы как скоро собираетесь меня хоронить? Не хоронить, а все-таки и прочие христиане. Не все сейчас умирают, а вообще-То-то вообще! Вы всегда вообще думаете, что я и не вижу? Что ж ты видишь, мой друг? А то и вижу, что вы меня за дурака Считаете. Ну и положим, что я дурак, и пусть буду Дурак. Зачем же приходите к дураку? И не приходите, и не беспокойтесь. Я и не беспокоюсь. Я только вообще, что всякому человеку предел жизни Положен. Ну и ждите! Арина Петровна понурила голову и раздумывала. Она очень хорошо видела, что дело ее стоит плохо, Но безнадежность будущего до того терзала ее, Что даже очевидность не могла убедить в бесплодности Дальнейших попыток. Не знаю, за что ты меня ненавидишь, Произнесла она наконец. Нисколько я вас, нисколько. Я даже очень. Помилуйте, вы нас так вели, всех ровно. Он говорил это порывисто, захлебываясь. В звуках голоса слышался какой-то надорванный в то Же время торжествующий хохот. В глазах показались искры, плечи и ноги беспокойно Вздрагивали. Может, я в самом деле чем-нибудь провинилась, Так уж прости Христа ради. Арина Петровна встала и поклонилась, коснувшись Рукой до земли. Павел Владимирович закрыл глаза и не Отвечал. Положим, что насчет недвижимости это точно, Что в теперешнем твоем положении нечего и думать, Чтобы распоряжения делать. Порфирий законный наследник. Ну, пускай ему недвижимость и достанется, А движимость, а капитал как? Решилась прямо объясниться Арина Петровна. Павел Владимирович вздрогнул, но молчал. Очень возможно, что при слове капитал он совсем не Об инсинуциях Арины Петровны помышлял, А просто ему подумалось: вот и сентябрь на дворе, Проценты получать надобно. Шестьдесят семь тысяч шестьсот на пять помножить, Да на два потом разделить. Сколько это будет?