Золотой ключик, или приключения буратино, Pt. 26

Буратино наконец возвращается домой вместе с папой Карло, Мальвиной, Пьеро и Артемоном. Неожиданное появление Карло, его дубинка и Нахмуренные брови навели ужас на негодяев. Лиса Алиса уползла в густую траву и там дала Стрекача, иногда лишь останавливаясь, Чтобы поежиться после удара дубинкой. Кот Базилио, отлетев шагов на десять, Шипел от злости, как проткнутая велосипедная шина. Дуремар подобрал полы зеленого пальто и полез с Косогора вниз, повторяя: "Я, я ни при чем. Я ни при чем, ни при чем". Но на крутом месте сорвался, покатился И с ужасным шумом и плеском шлепнулся в пруд. Карабас-Барабас остался стоять, Где стоял. Он только втянул всю голову до макушки В плечи. Борода его висела, как пакля. Буратино, Пьеро и Мальвина взобрались наверх. Папа Карло брал их поодиночке на руки, Грозил пальцем: "Вот я вас ужо, баловники!" И клал за пазуху. Потом он спустился на несколько шагов с косогора и Присел над несчастной собакой. Верный Артемон поднял морду и лизнул Карло в нос. Буратино тотчас высунулся из-за пазухи. Папа Карло, мы без собаки домой не пойдем. "Эхе-хе", Ответил Карло. Тяжеленько будет. Ну да уж как-нибудь донесу вашего песика. Он взвалил Артемона на плечо и, Отдуваясь от тяжелого груза, полез наверх, Где, все так же втянув голову, Выпучив глаза, стоял Карабас-Барабас. "Куклы мои," проворчал он. Папа Карло ответил ему сурово: "Эх, ты! С кем на старости лет связался? С известными всему свету жуликами, С Дуремаром, с котом, с лисой. Маленьких обижаете. Стыдно, доктор". И Карло пошел по дороге в город. Карабас-Барабас со втянутой головой шел за ним Следом. "Куклы мои отдай!" "Нипочем не отдавай!" Завопил Буратино, высовываясь из-за пазухи. Так шли, шли, миновали харчевню Трех пескарей, где в дверях кланялся плешивый Хозяин, показывая обеими руками на шипящие Сковородки. Около дверей взад и вперед, Взад и вперед расхаживал петух с выдранным Хвостом и возмущенно рассказывал о хулиганском Поступке Буратино. Куры сочувственно поддакивали. Так, пу-пу-пу-пу-пу, какой, какой страх! Ох-хо-хо-хо-хо, наш петух! Карло поднялся на холм, откуда было видно море, Кое-где покрытое матовыми полосками от веяния Ветерка. У берега старый городок песочного Цвета под знойным солнцем и полотняная крыша Кукольного театра. Карабас-Барабас, стоя в трех шагах позади Карло, Проворчал: "Я тебе дам за куклы сто златых Монет. Продай!" Буратино, Мальвина и Пьеро перестали дышать. Ждали, что скажет Карло. Он ответил: "Нет, если бы ты был добрым, хорошим Директором театра, я бы тебе, так и быть, Отдал бы маленьких человечков. А ты хуже всякого крокодила. Не отдам и не продам. Убирайся!" Карло спустился с холма и, уже более не обращая Внимания на Карабаса Барабаса, Вошел в городок. Там на пустой площади неподвижно стоял полицейский. От жары и скуки у него повисли усы, Веки слиплись, над треугольной шляпой кружились Мухи. Карабас-Барабас вдруг засунул бороду в Карман, схватил Карло сзади за рубашку и заорал На всю площадь: "Держите вора! Он украл у меня куклы." Но полицейский, которому было жарко и скучно, Даже и не пошевелился. Карабас-Барабас подскочил к нему, Требуя арестовать Карло. "А ты кто такой?" Лениво спросил полицейский. "Я доктор кукольных наук, директор Знаменитого театра, кавалер высших орденов, Ближайший друг Тарабарского короля, Сеньор Карабас-Барабас!" "А ты не кричи на меня", ответил Полицейский. Покуда Карабас-Барабас с ним Препирался, папа Карло, торопливо стуча палкой по Плитам мостовой, подошел к дому, Где он жил, отпер дверь в полутемную каморку под Лестницей, снял с плеча Артемона, Положил на койку, из-за пазухи вынул Буратино, Мальвину и Пьеро и посадил их рядышком на стол. Мальвина сейчас же сказала: "Папа Карло, прежде всего займитесь больной собакой. Мальчики, немедленно мыться!" Вдруг она в отчаянии всплеснула руками: "А мои платья? Ой, мои новенькие туфельки, мои хорошенькие ленточки Остались на дне оврага в лопухах!" "Ничего, не горюй, сказал Карло. Вечером я схожу и принесу твои узлы". Он заботливо разбинтовал Артемоновы лапы. Оказалось, что раны почти уже зажили, И собака не могла пошевелиться только потому, Что была голодна. "Ууу, тарелочку овсяной болтушки да Косточку с мозгом, простонал Артемон. И я готов драться со всеми собаками в городе". "Ай-яй-яй, сокрушался Карло. А у меня дома ни крошки и в кармане Ни сольдо". "Ой!" Мальвина жалобно всхлипнула. Пьеро тер кулаком лоб, соображая: "Я пойду на улицу читать стихи. Прохожие надают мне кучу сольдо". Карло покачал головой: "И будешь ты ночевать, сынок, за бродяжничество в Полицейском отделении". Все, кроме Буратино, приуныли. Он же хитро улыбался, вертелся так, Будто сидел не на столе, а на перевернутой кнопке. "Ребята, довольно хныкать!" Он соскочил на пол и что-то вытащил из кармана. "Папа Карло, возьми молоток, отдери от стены дырявый Холст!" И он с задранным носом указал на очаг, И на котелок над очагом, и на дым, Нарисованные на куске старого холста. Карло удивился: "Зачем, сынок, Ты хочешь сдирать со стены такую прекрасную картину? В зимнее время я смотрю на нее и воображаю, Что это настоящий огонь и в котелке Настоящая баранья похлебка с чесноком. И мне становится немного теплее". "Папа Карло, даю честное кукольное слово, У тебя будет настоящий огонь в очаге, Настоящий чугунный котелок и горячая похлебка. Сдири холст!" Буратино сказал это так уверенно, Что папа Карло почесал в затылке, Покачал головой, покряхтел, покряхтел, Взял клещи и молоток и начал отдирать холст. За ним, как мы уже знаем, все было затянуто Паутиной и висели дохлые пауки. Карло старательно обмел паутину. Тогда стала видна небольшая дверца из Потемневшего дуба. На четырех углах на ней были вырезаны смеющиеся Рожицы, а посредине пляшущий человечек с длинным Носом. Когда с него смахнули пыль, Мальвина, Пьеро, папа Карло, даже голодный Артемон Воскликнули в один голос: "Это портрет Самого Буратино!" "Я так и думал", сказал Буратино, Хотя он ничего такого не думал и сам удивился. "А вот и ключик от дверцы. Папа Карло, открой!" "Эта дверца и этот золотой ключик, Проговорил Карло, сделаны очень давно Каким-то искусным мастером. Посмотрим, что спрятано за дверцей". Он вложил ключик в замочную скважину и Повернул. Раздалась негромкая, очень приятная музыка, Будто заиграл органчик в музыкальном ящике. Папа Карло толкнул дверцу. Со скрипом она начала открываться. В это время раздались торопливые шаги за окном и Голос Карабаса-Барабаса проревел: "Именем тарабарского короля Арестуйте старого плута Карло!"