День девятый, Чт. 8

Новелла восьмая. Бьонделло обманом приглашают на обед Чака, Который ловко мстит ему за то, Подвергнув его хорошей потасовке. Все вообще в веселой компании были того мнения, Что виденное Таллано было не сном, а видением, Ибо оно так и сбылось безо всяких опущений. Когда все замолкли, королева приказала Лауретте Продолжать. Та сказала: "Благоразумные дамы, как большая часть тех, Что говорили ранее меня, были побуждены к своим Рассказам чем-нибудь уже бывшим предметом бесед, Так суровая месть шкаляра, о которой говорила вчера Пампине, побуждает и меня передать вам об одной Мести, очень тяжелой для того, кто ее испытал, Хотя она и не была столь жестокой. Потому скажу вам, что во Флоренции был некий человек По имени Чако, прожора, как никто другой. И так как его достатка не хватало на расходы По его прожорливости, а он был вообще человек с Очень хорошими манерами и большим запасом приятных и Забавных острот, он избрал себе ремесло не то чтобы Потешника, а язвителя, и стал ходить к тем, Кто богат и кто хорошо любил поесть. У них он бывал и к обеду, и к Ужину, если иной раз и не был зван. Был в то время во Флоренции некто по имени Бьонделло, крохотного роста, большой щеголь, Чистоплотный, как муха с шапочкой на голове, С длинными светлыми волосами, так приглаженными, Что ни один волосок не отставал. Занимался он тем же самым, чем и Чако. Когда однажды утром, во время поста, он пошел туда, Где торгуют рыбой, и покупал две большущие миноги Для мессера Вьери дей Черки, его увидел Чако и, Подойдя к Бьонделло, спросил: "Что это ты делаешь?" На это Бьонделло ответил: "Вчера вечером мессеру Корсу Донати послали три других миноги, Много лучше этих, да еще осетра. А так как их не хватило, чтобы угостить обедом Нескольких дворян, он и велел мне прикупить эти две. Будешь ли ты там?" "Сам хорошо знаешь, что приду", отвечал Чако. И когда ему показалось, что настало время, пошел к Мессеру Корсу и увидел его с несколькими соседями, Еще не успевшими сесть за обед. Когда тот спросил его, зачем он пришел, Он отвечал: "Мессер, я пришел пообедать с вами и вашим Обществом". На это мессер Корс сказал: "Добро пожаловать. А так как теперь пора, то пойдем". Когда они сели за стол, им подали прежде чечевицы И соленого тунца, затем жареной рыбы и зерно, И ничего более. Чако догадался, что Бьонделло провел его и, Немало рассердившись про себя, решил отплатить ему За это. Несколько дней спустя он встретил его, заставившего Уже многих посмеяться над этой шуткой. Увидев его, Бьонделло поздоровался с ним и спросил Его, смеясь, понравились ли ему миноги мессера Корса. На это Чако сказал в ответ: "Не пройдет И недели, как ты расскажешь о том лучше меня". И, не откладывая дела, расставшись с Бьонделло, Он сторговался за известную цену с одним ловким Старьевщиком и, вручив ему стеклянную фляжку, Повел его поблизости лоджии дей Кавичьоли, Где, указав ему на мессера Филиппо Ардженти, Человека высокого роста, мужистого и крепкого, Надменного, бешеного и большого чудака, Сказал ему: "Поди к нему с этой фляжкой в Руках и скажи так: "Мессер Бьонделло посылает меня к Вам и велит попросить вас украсить эту фляжку вашим Хорошим красным вином, потому что он хочет Повеселиться со своими ребятами. Только смотри, берегись, как бы он тебя не Зацарапал, потому что он задал бы тебе звона и Ты испортил бы все мое дело". "Сказать ли мне ему еще что-нибудь?" Спросил старьевщик. "Нет, ответил Чако. Ступай себе и как только скажешь ему, Вернись ко мне сюда с фляжкой, я тебе заплачу". Тот отправился и передал свое поручение мессеру Филиппо. Мессер Филиппо, которого выводила из себя Всякая малость, выслушав это и полагая, Что Бьонделло, которого он знал, Потешается над ним, весь вспыхнул, Говоря: "Что такое надо украсить и какие там ребята? Господь да пошлет безвременья тебе и ему". Он уже вскочил и протянул руку, чтобы схватить Старьевщика, но тот был настороже, быстро Спохватился и, побежав другим путем, Вернулся к Чако, который все это видел и которому Он и сообщил все, что сказал мессер Филиппо. Довольный этим Чако заплатил старьевщику и до тех Пор не успокоился, пока не встретился с Бьонделло, Которого спросил: "Был ты на этих днях у лоджии Дей Кавичьоли?" Бьонделло отвечал: "Нет. Почему ты меня о том спрашиваешь?" Чако говорит: "Потому что знаю, что мессер Филиппо Ищет тебя. Не знаю, что ему надо". На это Бьонделло сказал: "Ладно, Я иду в ту сторону, перекинусь с ним словом". Когда Бьонделло удалился, Чако пошел за ним следом, Чтобы посмотреть, как будет дело. Мессер Филиппо, не успев догнать старьевщика, Остался страшно взбешенным, терзаясь гневом, Так как из слов старьевщика ничего другого не мог Извлечь, как только то, что Бьонделло неизвестно Почему почину над ним издевается. Пока он так терзался, явился Бьонделло. Как только тот увидел его, бросился к нему навстречу И дал ему в лицо большого тычка. "Ах, ты мне, мессер, что это значит?" Спросил Бьонделло. А мессер Филиппо, схватив его за Волосы и зарвал на голове шапку и, сбросив на Землю плащ, продолжал его сильно колотить, Приговаривая: "Увидишь, предатель, Что это значит. О каком это украсте и каких Ребятах ты послал мне сказать? Разве я в твоих глазах мальчик, чтоб со мной Шутить?" Так говоря, он избил ему все лицо кулаками, Что твое железо, не оставил на голове ни одного Волоска нетронутым и, вываляв его в грязи, Разорвал на нем все платье и так занялся этим Делом, что после первого слова Бьонделло не удалось Сказать ему второго, ни спросить, Почему он такое над ним чинит. Слышал он только "украсте" и "ребята", Но что бы это означало, не понимал. Под конец, когда мессер Филиппо хорошенько поколотил Его, многие собрались вокруг и с величайшими в свете Усилиями вырвали его из рук истерзанного и избитого, И, объяснив ему, почему так учинил мессер Филиппо, Стали бранить его, зачем он посылал ему сказать Такое, так как он должен был хорошо знать, Что мессер Филиппо человек, с которым не шутят. Бьонделло оправдывался, утверждая со слезами, Что никогда не посылал к мессеру Филиппо за вином. Немного оправившись, жалкий печальный, Он вернулся домой, уверенный, что это дело Чако. Когда по прошествии многих дней синяки сошли у него С лица и он стал выходить, случилось, Что Чако его встретил и, смеясь, спросил: "Что, Бьонделло, по вкусу ли тебе пришлось вино Мессера Филиппо?" Бьонделло ответил: "Желал бы я, Чтоб так же пришлись тебе по вкусу миноги мессера Корса". Тогда Чако сказал: "Теперь дело за тобой. Всякий раз, как ты захочешь дать мне так же Хорошо пообедать, как ты то сделал, Я дам тебе напиться так же вкусно, как ты Напился". Бьонделло, отлично понимавший, Что против Чако он может быть сильнее злым умыслом, Чем делом, попросил Бога ради помириться с ним и С тех пор остерегался над ним подшучивать.