А по ветру...

При закрытых дверях, где надзор на углах да над Пропастью, Мне предписан мирок на неведомый срок чьей-то Подлостью. Сам того не желал, только Бог, Видно, дал долю адскую. Не меняя коня, я менял лагеря, Жизнь пасятскую. А по ветру доносятся стоны избитых сердец. Эшелоны, этапы, засовы и литый свинец. Затирая истории след, пронесутся года, Унося мою боль на распятие дорог в никуда. Пресловутый Афган и незримый душман все в глазах Рябит. Шрамы ноющих ран и судебный обман, Голова болит. Закружила судьба, унося не туда. В сердце слышится вой. Мне б до дому дойти, только встал на пути Смертоносный конвой. А по ветру доносятся стоны избитых сердец. Эшелоны, этапы, засовы и литый Свинец. Затирая истории след, пронесутся года, Унося мою боль на распятие дорог в Никуда. Вот и кончилось все. Им бы славы лавровой, Да вернувшись домой, Целовать матерей. Но кривая судьба в экскурсии Новой Потащила в этап на просторы лагерей. А по ветру доносятся стоны избитых сердец. Эшелоны, этапы, засовы и литый свинец. Затирая истории след, пронесутся года, Унося мою боль на распятие дорог в никуда. А по ветру доносятся стоны избитых сердец. Эшелоны, этапы, засовы и литый свинец. Затирая истории след, пронесутся года, Унося мою боль на распятие дорог в никуда.