Письмо одесского вора черноморской проститутке

Вы, Ляля, помните, я Миша из Одессы. Мы приезжали к вам однажды в мерседесе. У вас по шее шелком шевелился шарф и на Обшарпанный пазенде шпарил шарф. Вы мне тогда весьма неслабо подмигнули, Аж брюки лопнули и в море утонули. И темный пляж ночной нам показался пухом. Но вот уж год от вас ни слуху и Ни духу. А между нами было, было, было, Было. И так, и так. Потом еще два раза было. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. Среди девчонок часто слышишь предрассудки. Чего не жить, мол, черноморской проститутке? Мол, ноги сделаешь, как скажут, и лежите. А вы попробуйте тогда и говорите. Вот оттого за вас я сильно опасаюсь. Конечно, в этом тоже слабо разбираюсь. У вас там рэкет, масса всяческих историй, Ни профсоюза, ни путевок санаторий. А между нами было, было, было, Было. И так, и так. Потом еще два раза было. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. Я понимаю, что у вас работы много. Вас обирают и дерут, как только могут. А потому позвольте дать совет вам, Ляля. Предохраняйтесь, я вас просто умоляю. Налет Чукова передаст нам это уста. Столько впитаю эстетическое чувство, И мы поженимся на лучшие манеры. Пусть сифилитики, зато миллионеры. А между нами было, было, было, Было. И так, и так. Потом еще два раза было. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. За четвертой на берегу вы, невзирая на луну, Балдели так, что я забыть вас не могу. Ча-ча-ча.