Александр Сергеевич Пушкин - Сказка о царе Салтане, Часть 1

Сказка о царе Салтане. Три девицы под окном пряли поздно вечерком. "Кабы я была царица, говорит одна девица, То на весь крещеный мир приготовила б я пир". "Кабы я была царица, говорит ее сестрица, То на весь бы мир одна наткала я полотна". "Кабы я была царица, третья молвила сестрица, Я б для батюшки-царя родила богатыря". Только вымолвить успела, дверь тихонько заскрипела, И в светлицу входит царь, стороны той государь. Во все время разговора он стоял позадь забора. Речь последней по всему полюбилася ему. "Здравствуй, красная девица, говорит он, Будь царица и роди богатыря мне к исходу Сентября. Вы ж, голубушки-сестрицы, выбирайтесь из светлицы, Поезжайте вслед за мной, вслед за мной и за Сестрой. Будь одна из вас ткачиха, А другая повариха". В сени вышел царь-отец, все пустились во дворец. Царь недолго собирался, в тот же вечер обвенчался. Царь Салтан за пир честной сел с царицей молодой, А потом честные гости на кровать слоновой кости Положили молодых и оставили одних. В кухне злится повариха, плачет у станка ткачиха и Завидуют оне государевой жене. А царица молодая, дело вдаль не отлагая, С первой ночи понесла. В те поры война была. Царь Салтан, с женой простяся, На добра коня садяся, ей наказывал себя поберечь, Его любя. Между тем, как он далеко бьется долго и жестоко, Наступает срок родин. Сына Бог им дал в аршин. И царица над ребенком, как орлица над орленком. Шлет с письмом она гонца, чтоб обрадовать отца. А ткачиха с поварихой, с сватьей бабой Бабарихой, Извести ее хотят. Перенять гонца велят. Сами шлют гонца другого. Вот с чем от слова до слова. Родила царица в ночь не то сына, Не то дочь, не мышонка, не лягушку, А неведому зверюшку. Как услышал царь-отец, что донес ему гонец, В гневе начал он чудесить и гонца хотел повесить, Но, смягшившись на сей раз, дал гонцу такой приказ: Ждать царево возвращенья для законного решенья. Едет с грамотой гонец и приехал наконец. А ткачиха с поварихой, с сватьей бабой Бабарихой Обобрать его велят. Допьяна гонца поят и в суму его пустую суют Грамоту другую. И привез гонец хмельной в тот же день приказ Такой: Царь велит своим боярам, времени не тратя даром, И царицу, и приплод тайно бросить в бездну вод. Делать нечего. Бояре, потужив о государе и царице Молодой, в спальню к ней пришли толпой. Объявили царску волю, ей и сыну злую долю. Прочитали вслух указ. И царицу в тот же час в бочку с Сыном посадили, засмолили, покатили и пустили в Окиян. Так велел-де царь Салтан. В синем небе звезды блещут, в синем море волны Хлещут, туча по небу идет, бочка по морю плывет. Словно горькая вдовица плачет, Бьется в ней царица. И растет ребенок там не по дням, А по часам. День прошел. Царица вопит, а дитя волну торопит. Ты волна моя, волна, ты гульлива и вольна. Плещешь ты, куда захочешь. Ты морские камни точишь, топишь берег ты земли, Подымаешь корабли. Не губи ты нашу душу, выплесни ты нас на Сушу. И послушалась волна. Тут же на берег она бочку вынесла легонько и Отхлынула тихонько. Мать с младенцем спасена. Землю чувствует она. Но из бочки кто их вынет? Бог неужто их покинет? Сын на ножки поднялся, в дно головкой уперся, Понатужился немножко. "Как бы здесь на двор окошко нам проделать?" Молвил он. Вышиб дно и вышел вон. Мать и сын теперь на воле. Видят холм в широком поле, море синее кругом, Дуб зеленый над холмом. Сын подумал: "Добрый ужин был бы нам, Однако, нужен". Ломит он у дуба сук и в Тугой сгибает лук.